Дом Аггея

№37 (985) от 20 сентября 2016 г.

Олег Сурмачев у дома, где жил Оге Маделунг. | Фото Марины Черновой

Известный адвокат нашел в Вологде дом, где в начале прошлого века жил и торговал маслом датский писатель Оге Маделунг.

Олег Сурмачев — историк по первому образованию. Среди его увлечений есть несколько краеведческих тем и направлений, в том числе история создания местной адвокатуры и формирование историко-биографического реестра вологодских адвокатов.

В начале прошлого века среди присяжных поверенных и других специалистов юридической сферы, по словам Сурмачева, было много сосланных в Вологду. И адвокат заинтересовался историей вологодской ссылки, среди представителей которой были писатели, революционеры, философы — философ Николай Бердяев, будущий историк и пушкинист Павел Щеголев, писатель Алексей Ремизов, адвокат Владимир Жданов, революционеры Борис Савинков, Анатолий Луначарский и другие.

«Когда бываю по делам в Москве и Санкт-Петербурге, захожу в архивы и библиотеки. Несколько лет назад я просматривал «Вологодский листок объявлений» за 1903 год, — рассказывает Олег Сурмачев. — В этом издании давалась реклама и объявления, например, о том, кто приехал в город, и кто уезжает».

На первой странице №32 за 13 сентября было опубликовано объявление о том, что «по случаю отъезда» продается обстановка, мягкая столовая мебель, пианино, письменные столы, хозяйственные вещи и прочее. «Обращаться нужно было от 11 до 4 в бывший дом Ивана Ивановича Лихачева к Маделунгу», — показывает документ адвокат.


Купец-писатель

Имя датчанина Оге Маделунга было знакомо исследователю. Сын датского купца Оге (или Аге) Маделунг провел в России много лет. В 1893-1895 годах он работал управляющим имением, а в 1897-1906 годах экспортировал из Вологды масло. В нашем же городе он познакомился с сосланными Николаем Бердяевым, Владимиром Ждановым, Борисом Савинковым (чью книгу «Конь бледный» перевел на датский) и Алексеем Ремизовым, называвшим Маделунга «Аггей Андреевич».

Новое окружение повлияло на Оге, и он решил бросить карьеру купца и стать писателем. И писать он хотел по-русски! Как отмечают литературоведы в своих статьях сегодня, русский язык Маделунга был достаточно хорош, чтобы писать на нем журнальные рецензии и даже художественную прозу, а сам автор публиковался в журнале «Весы» и альманахе «Северные цветы».

В 1903 году, отвечая на вопрос поэта Валерия Брюсова, с которым Оге состоял в переписке, стоит ли ему писать по-русски, если по-датски — проще, Маделунг утверждал: «России я должен почти все в своем развитии, и для меня имело бы решающее значение видеть свое произведение принятым на русском языке среди писателей, которые оставили во мне неизгладимый след». И тем не менее писательская карьера Маделунга состоялась лишь по его возвращении в Данию, где он обратил-таки на себя внимание сочинениями на русскую тему.

Еврейская тема Оге тоже была близка. Именно в Вологде, по имеющимся данным, он познакомился со своей первой супругой. Мария Федоровна Эгельштейн была из русско-еврейской семьи, родила ему троих детей и уехала с мужем в Данию в 1906 году. В 1909 году пара рассталась, и Маделунг женился вновь. Но во втором браке, как рассказывает адвокат Олег Сурмачев, детей не было.

Один из своих романов («Отмеченные», где основой сюжетной канвы стала любовь еврейки и нееврея) Маделунг называл вологодским. Ведь по сути он был своим и в революционной среде. В «Записках террориста» Борис Савинков рассказывал, что именно Оге Маделунг спас его от преследования полиции, укрыв в доме родителей в Копенгагене. Роман стал основой сценария, по которому в 1922 году был снят фильм.


Дом и его дух

«Мне было интересно, почему Оге Маделунг решил в 1903 году уехать из Вологды, ведь известно, что он все же жил здесь до 1906 года. Что произошло, и где находится дом, в котором жил писатель?» — задается вопросом Олег Сурмачев.

Формируя исторический реестр адвокатов с 1874 года, Сурмачев помнил, что среди адвокатов, вступивших в коллегию при Советской власти, был специалист по фамилии Лихачев: «Так получилось, что среди моих клиентов оказался родственник этого адвоката, он-то и подсказал мне, что дом купца Лихачева был рядом с домом, где сейчас находится «Красный угол».

Олег Сурмачев вступил в интернет-сообщество «ВКонтакте» «Вологда Дискавери» и с помощью ее участника Игоря Воронина определил точные данные домовладения. Выяснилось, что дом действительно находился по адресу: Золотушная набережная, 7. Он сохранился и теперь расположен на Ульяновой, 11.

Первым владельцем дома был Африкан Денежкин, который в 1891 году продал его купцу второй гильдии Ивану Ивановичу Лихачеву, владельцу сливочно-маслодельных заводов в Грязовецком уезде. Дела шли сначала неплохо, потому что Иван Иванович тут же выкупил соседний домик, принадлежавший мещанке Людмиле Порозовой, снес его и сделал лавку для продажи масла, молока и сепараторов.

Как предполагает Олег Сурмачев, купец-писатель Оге Маделунг сотрудничал с Иваном Лихачевым и арендовал у него часть дома. «Не знаю, где именно он жил в этом доме. Но понятно, что сюда приходили ссыльные. В примечаниях к рассказу «Пруд», в письме Ремизов отмечает, что он был написан за зиму 1902-1903 годов, и читал он его у Маделунга. Были слушатели: Борис Савинков с женой, Каляев, который позже бросил бомбу в великого князя, дядю Николая II, возглавивший позже Музей революции в Санкт-Петербурге Павел Щеголев, адвокат Владимир Жданов и другие.

По данным Галины Козиной, сотрудника Вологодского краеведческого музея-заповедника, в 1902 году купец Иван Лихачев разорился, и его имущество было выставлено на торги. «Получается, что уже в 1903 году дом стал бывшим, но Маделунг продолжил его арендовать. Известно, что строение купил купец Сергей Соболев, заплатив 12300 рублей банку в Москве, где был заложен дом», — говорит адвокат.

Сейчас помещением владеет предприниматель Игорь Новоселов, и Сурмачев предложил ему установить памятную доску на здании и, как вариант, выделить комнатку под небольшой музей: «Как сказал религиозный американский философ Ральф Эмерсон, дух строит свой дом, потом дом замыкает в себе дух. Вологжане должны знать, что в этом интересном доме жили люди, оставившие свой след. Именно когда это знаешь, начинаешь иначе относиться к родному городу».

Среди идей Олега Сурмачева — создание Общества, которое объединит торговцев маслом Дании, Швейцарии, Швеции и Вологды. Также он в ближайшее время планирует опубликовать статью о доме Лихачева-Маделунга в готовящемся сборнике Института русской литературы РАН (Пушкинского дома).

Марина Чернова

84
0
Похожие статьи
  • 28 февраля' 17 | Громкое дело

    Осенью 1977 года областная столица жила в страхе. Каждый житель города знал: в Вологде без вести пропадают юные девушки. Фамилия убийцы стала именем нарицательным, и до сих пор ее произносят с ужасом: «САХАРОВ».

    552
    0
  • 11 октября' 16 | Как это было

    Ровно 20 лет назад руководитель Вологодской области был впервые избран прямым тайным голосованием.

    83
    0
  • 23 мая' 17 |

    Биография выдающегося кораблестроителя Владимира Смирнова связана с Вологодской областью.

    114
    0
  • 13 июня' 17 | Среда обитания

    В сегодняшнем историческом обзоре — две вологодские улицы, составляющие торговый центр города: улица Благовещенская и проспект Победы на отрезке от улицы Мира до улицы Ленинградской.

    96
    0
  • 08 ноября' 16 | Как это было

    Спустя 99 лет после Великой Октябрьской революции частично рассекречено хранящееся в архивах ФСБ дело барона, осужденного в Вологде за подготовку побега из послереволюционной России.

    53
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.