Юлия Лаврова

e-mail: nasta71@yandex.ru

В преддверии ежегодной конференции судей Вологодской области «Премьер» встретился с председателем Вологодского областного суда Владимиром Шепелем, чтобы поговорить об изменениях, которые ждут судебную систему, возможно, уже в 2018 году

Владимир Шепель – человек своего дела

№8 (1058) от 27 февраля 2018 г.

Председатель Вологодского областного суда Владимир Шепель.

— Владимир Степанович, сегодня много споров вокруг грядущих изменений. Есть мнение, что районные суды присяжных — бесполезная инстанция, многие не согласны с системой апелляционных судов, которые непонятно за счет каких судейских кадров будут формироваться. Вы с Вашим огромным опытом работы могли бы высказать свою точку зрения?

— Для начала скажу, что изменения в судебной системе начались не вчера, а еще в октябре 1991 года, когда Верховным Советом РСФСР была утверждена концепция реформирования судебной системы, и судебная реформа продолжается до сих пор.

Действительно, сейчас активно движется законопроект (и я думаю, что он вскоре будет принят) о создании в системе судов общей юрисдикции самостоятельных апелляционных и кассационных инстанций. Апелляционные суды вместо Верховного Суда РФ будут пересматривать дела по жалобам на решения и приговоры областных судов. К кассационным судам перейдут нынешние полномочия президиумов судов субъектов по проверке вступивших в законную силу судебных актов. Судебные округа апелляций и кассаций не будут совпадать с административно-территориальным делением, и это позволит повысить независимость судей. Тут практически копируется ныне действующее арбитражное правосудие. Так называемая трехзвенная система. Насколько это получится и насколько это будет эффективно в судах общей юрисдикции, время покажет. Есть опасения, что такая система может отдалить от правосудия простого человека, так как в Вологде не планируется размещение апелляционных и кассационных судов. Тут вряд ли спасет подача жалоб в электронном виде и возможность участия в заседании судов апелляционной и кассационной инстанций посредством видео-конференц-связи, так как многие граждане не владеют компьютерными технологиями, да и не везде еще есть Интернет.

— Как новая система скажется на работе Вологодского областного суда? Декларируется эта реформа так, что председатель суда не будет зависеть от региональных властей, и судебные инстанции будут самостоятельнее, чем в рамках одного суда, Вы с этим согласны?

— Областным судом по первой инстанции рассмотрено в 2017 году всего 8 уголовных дел, гражданских больше — 99 дел. И в этой части каких-то новелл для региональных областных судов нет. Кроме этого, областной суд рассматривает апелляционные жалобы на приговоры и решения районных судов (в прошлом году рассмотрено около 10 тысяч таких дел) — эта функция также сохранится. Но сейчас в областном суде рассматриваются и кассационные жалобы. Для этого сформированы подразделение судей и президиум областного суда из семи судей.

Мы анализируем и ревизируем как решения первых инстанций, то есть районных судов, так и решения своих коллег, которые проверили эти решения в апелляционном порядке. Эта система изменится, и кассационная инстанция, как следует из проекта закона, будет находиться в Санкт-Петербурге. Ожидается, что создание самостоятельной кассационной инстанции позволит более независимо рассматривать жалобы на вступившие в законную силу решения судов. Хотя и ныне президиум областного суда не проявляет корпоративности в отношении своих коллег, рассмотревших дела в апелляционном порядке. Если допущены ошибки, то мы их исправляем. Так, почти 50 решений, принятых судом апелляционной инстанции, были изменены или отменены президиумом областного суда.

Вологодский областной суд и его решения никак не зависят от региональных властей. Более того, судьи Вологодского областного суда не зависят даже от меня и моего мнения. Я, как председатель суда, могу дать какие-то консультации, организовать работу, рекомендовать кадровый состав. Командовать судьей при рассмотрении дел я не имею права и на практике не делаю этого. При рассмотрении же дел в составе президиума я имею равный голос с остальными его членами.

— А что Вы думаете по поводу введения суда присяжных в районных судах? И если мы говорим о независимости судей и судебных решений, то где в сельской местности взять независимых присяжных, ведь там все друг друга знают?

— Вы правы, рассмотрение конкретного дела будет весьма проблематично. Действующим законодательством предусмотрено около 20 обстоятельств, препятствующих участию в деле присяжного заседателя, кроме того, судебная практика Верховного Суда РФ выявила около десятка таких препятствий, в связи с чем более года тому назад, выступая на совещании председателей областных и равных им судов, я вносил предложения об альтернативной подсудности тех дел, которые ныне подсудны районным судам и которые могут рассматриваться с 1 июля 2018 года в районных судах с участием присяжных заседателей. Суть предложения в том, что, если подсудимый заявляет ходатайство о рассмотрении его дела с участием суда присяжных, оно судьей районного суда передается для рассмот­рения в областной суд. У нас для этого оборудованы залы и совещательные комнаты для присяжных, есть материальная база, есть квалифицированные судьи и специалисты, и эти действия не требовали бы практически дополнительных затрат. Но в то же время решался бы вопрос расширения категорий дел, рассматриваемых присяжными. Мы бы с этой нагрузкой справились, и качество рассмотрения было бы, как мне думается, гораздо выше.

Кстати, с этим мнением согласны многие как практики, так и ученые. Но пока изменений никаких по этому поводу нет. Мы же в порядке подготовки судей районного звена провели в областном суде обучение районных коллег и в дальнейшем готовы оказывать методическую помощь.

— Возможно, реформа направлена на устранение недостатков в работе суда? Не секрет, что жалоб на решения судебной инстанции сейчас очень много….

— Судьи — рабы закона, который они должны применять. Но давайте вспомним, что только в Уголовный кодекс с момента его вступления в силу уже внесено порядка 250 изменений. А ведь именно этот документ должен быть наиболее консервативен, потому что человеку нужно привыкнуть к той норме права, которая уже устоялась. А у нас она меняется буквально на ходу.
Еще пример — Жилищный кодекс, действующий 13 лет, в него до сих пор вносятся изменения, а в 2017 году даже в порядок его введения. Разве это правильно? Закон — это стабильность, а ее нет. Кроме того, есть такая проблема, что законы у нас принимаются точечно. Нашли проблему — издали закон, а то, что он не стыкуется с другими законодательными актами, не учли. А потом мы говорим, что слишком много камней в суд летит и что суды перегружены.

— Но разве суды не перегружены?

— Когда я пришел в судебную систему, в Вологде работало 8 судей, в Череповце — 9 судей. Сейчас в Вологде 36 судей и плюс 18 мировых. И все завалены работой. Почему?

Потому что суды, на мой взгляд, рассматривают много дел, которыми должны заниматься органы исполнительной власти. Вот, например, в прошлом году областным судом рассмотрен ряд дел об оспаривании решений департамента топливно-энергетического комплекса и тарифного регулирования области об энерготарифах. Например, ОАО «РЖД» оспаривает тарифы на воду, которые ему кажутся низкими.

Неужели эти сугубо экономические вопросы должны регулироваться судом? А на деле судьи начинают изучать экономику спорящих хозяйствующих субъектов, приглашают специалистов…

Или земельные споры — а их много! — разве судья должен устанавливать межи? Рассматривая эти дела, мы видим пассивную позицию муниципальных органов власти, которые и должны наводить порядок на вверенной им территории.

В одном из районов прокурор обратился в суд с иском об обязании региональных органов построить дорогу по ныне действующим нормативам. Районный суд в иске отказал, областной согласился с этим решением, так как бюджетные отношения не относятся к компетенции суда, ведь, если бюджетные деньги не предусмотрены на эти цели, как суд может обязать. Эта компетенция относится к органам исполнительной и законодательной власти, которая распределяет бюджетные средства. Думается, каждый должен заниматься своим делом и руководствоваться здравым смыслом.

— Не секрет, что в 2018 году Вы, скорее всего, уйдете из этого кабинета, чем намерены заняться? Может быть, пойдете в политику? Или займетесь преподавательской деятельностью?

— Я однажды встретил одного очень хорошего знакомого, который занимал довольно высокие должности и вышел на пенсию. На мой вопрос, чем занимается, он ответил: «Самосовершенствованием». Может быть, и я последую его примеру.

361
0
Похожие статьи
  • 07 марта' 17 | Политика

    «Премьеру» стали известны три кандидатуры, которые могут претендовать на пост главы УМВД России по Вологодской области.

    118
    0
  • 14 февраля' 17 | Политика

    В Вологодской области выросло число банкротств и дел в судах общей юрисдикции.

    45
    0
  • 07 февраля' 17 |

    О том, как менялась судебная система региона на протяжении последних десятилетий, «Премьер» узнал у Владимира Шепеля, председателя Вологодского областного суда, заслуженного юриста России, имеющего первый квалификационный класс.

    155
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.