Спой, Калина красная!

№32 (154) от 9 августа 2000 г.

Судьба этого человека, как и многих талантливых людей, трагична. Для России это, конечно, не новость, но я, признаюсь, до сих не могу привыкнуть, что Родина после возданных ею почестей забывает своих сынов, оставляя тонуть их в море забвения и нищеты.

Такая же участь постигла и Анатолия Сельцова - коренного белозера, удивительного, талантливого от природы человека, которого раньше знала и любила вся Вологодчина.

Спросите, например, у кадуйчан или жителей Грязовца: “Сельцов у вас бывал?” Наверняка услышите: “Это Калина красная, что ли? Как же нет! Помним его!” А представляете, что было лет десять назад? Стоило только появиться белозерскому хору под управлением Анатолия Сельцова даже в самой глухомани, как деревенский клуб буквально трещал по швам от наплыва зрителей. Русская песня, частушки, романсы на любой вкус имелись в запасе у белозер.

Сейчас и силы, и желание, и звонкий голос остались у Сельцова, да, видно, уже не судьба ему радовать простых русских людей своими песнями.

...С бывшим руководителем белозерского хора меня свел недавний фестиваль “Белоозеро-2000”. Правда, на празднике Сельцов был, к сожалению, простым зрителем. “Я работник культуры, но теперь в категории “бывший”. Хоть и бывший, а культура, видимо, у меня в крови, потому что воспринимаю все мероприятия не как зритель. Оцениваю!” - рассказывает Анатолий.

Наверняка и Василий Шукшин, быстро оценив душевность и профессионализм белозерского хора, решил украсить свой фильм песнями в исполнении местного коллектива.

Тогда, в 72-м году, в Белозерске только и разговоров было о Шукшине и съемках “Калины красной”. Правда, местным хоровикам было не до кино - своя канитель - близился концертный вечер “Напевы русской стороны”. Репетиции шли по своему плану, не взирая на “Калину...”

Но зря волновались Анатолий и его подопечные - концерт прошел просто на “ура”. “Уже после окончания выступления ко мне подошел белозерский работник и говорит: “Толя, вас в “Калине красной” снимать будут!” А я, видимо, сгоряча ему и рубанул: “А знаете чего!? А не подъя...те! Мы здесь сниматься и не будем. Согласимся при условии, если нас повезут сниматься в Москву!” - вспоминает о своей запальчивости Анатолий и тут же оправдывается: “После этого мне только и сказали, что сам Василий Шукшин со вторым помощником в зале весь концерт просидели.”

В знаменитую киноленту попало всего две песни в исполнении белозер: “Русские края” Аедоницкого и русская народная “Я с комариком...” По хронометражу фильма - дай бог, если набежит несколько минут, а в титрах даже не указана фамилия руководителя хора.

“А из-за этих фрагментов нас на съемочной площадке мучили с трех дня до трех часов ночи! - вспоминает Сельцов. - То аппаратура сильно дыму надавала, то лампочки перегорают в прожекторах... Мы все угорели, все ошалели, нас измотали этими дублями. Когда поздно ночью нас выпустили из Дома культуры, мы шли - только друг за друга не хватались - вот так мы устали. Тогда думали, что съемки двух песен займут всего-то два часа. Если бы не хоровой коллектив, то я бы плюнул и ушел со съемок!”

По правде сказать, мимолетная встреча с Шукшиным, пусть и в такой карусели, все-таки запала в душу Сельцову, и даже через двадцать с лишним лет он до мелочей помнит Василия Макаровича: “Требовательный, немножко грубоватый, резковатый, но только для дела. Бывало, и слово твердое применял, но это был человек, и душа у него болела за народ русский. Никогда не лицемерил...”

А после выхода на экран шукшинского фильма к Сельцову просто прикипело прозвище Калина красная. “Куда бы мы ни приезжали - слава бежала впереди нас, - рассказывает Анатолий. - Где тогда только не были, и встречали нас везде тепло. Значит, несли мы людям радость”.

Сейчас Анатолию Сельцову перевалило уже за пятый десяток. И событий в его жизни хватило бы не на одну газетную полосу. Только вот непонятно, каких событий в его судьбе больше - счастливых или трагических.

Ведь беда никогда не спрашивает, когда нагрянуть. Вот и случилось так, что потерял песенник свою любимую работу. Умирала его 85-летняя мать. Ухаживал за ней Анатолий, с ложечки кормил, пришлось даже с работы уволиться. “Она ведь могла лежать и шесть месяцев, и шесть лет. Вышло так, через несколько месяцев не стало ни мамы, ни работы, - с горечью говорит Анатолий. - На мое прежнее место уже определили мать-одиночку. Я даже лишний раз к Дому культуры подходить стеснялся. Понимаю, ведь женщина будет переживать”.

А потом настали для Сельцова и вовсе черные дни. Где сейчас работу найти? Случалось, даже хлеба было не на что купить. А зимой иногда приходилось и в нетопленной избе ночевать. Правда, не стал хоровик, как некоторые, топить свое горе в вине. Спроси сейчас Калину красную: “Как живешь?”, и он не станет жаловаться на свою судьбу, а начнет вспоминать о своих встречах с Шукшиным, с Геннадием Заволокиным и Анатолием Ехаловым.

Когда Анатолий Константинович нашел Сельцова на празднике “Белоозеро - 2000” и сказал, что хочет сделать с ним свою программу, у хоровика даже слезы проступили. “Надо же, сам Анатолий Ехалов приехал ко мне!” - все восхищался его белозерский тезка.

А вот чтобы увидеться со знаменитым российским гармонистом Геннадием Заволокиным, Сельцов наобум поехал в Череповец. В прошлом году на Дне металлурга гуляла программа “Играй, гармонь”, а вместе с ней - более ста гармонистов со всей Вологодчины. Такой праздник гармони и частушки Сельцов не мог пропустить: “Вы представляете, к Заволокину я поехал один, дикарем, самоходом. Самостоятельно попал на базу в Торово. Когда приехал, женщина, которая должна была меня обустроить, увидев такого гостя, сказала, что если перед ней опустилась летающая “тарелка”, она бы меньше бы удивилась”.

А памятная встреча с Заволокиным произошла случайно - в ДК “Алмаз”. Главный гармонист, увидев Сельцова, сам к нему через весь зал подошел и заявил: “Ой, Толя Белозерский появился, Калина красная, будешь петь частушки!”

“Шумно в зале было, ничего не слышно, - вспоминает Сельцов, - и пришлось ему ближе ко мне наклониться. В этот момент я ему и прицепил на грудь значок города Белозерска. В тот день Заволокин ходил по Череповцу с эмблемой моего города”.

В конце нашей встречи я поинтересовалась у Анатолия: “А если бы была возможность самому выбрать свою судьбу - выбрал бы другой жизненный путь?” И в ответ услышала: “Другой жизни и не желал бы получить, не видеть, не иметь, потому что я люблю петь, вся жизнь моя отдана культуре и русским людям”.