Заражение любовью -

№49 (171) от 5 декабря 2000 г.

это обычный «диагноз» после концерта Сергея Никитина.

На улице падали хло-пья пушистого снега. Настроение было уютным и немного печальным. В таком настроении всегда приятно предаваться воспоминаниям.

В зале “Русского Дома” погас свет, и на сцену вышел седой человек в черном. В руках у него была гитара, и когда он запел, не осталось ни зрительного зала, ни людей вокруг. Только снег, печаль, прекрасные, до слез знакомые стихи и острое ощущение счастья.

Все первое отделение зал взрывался аплодисментами, услышав знакомую мелодию. И пел от души. Во втором отделении Никитин исполнял новые песни, и душа словно разрывалась надвое оттого, что и они были тоже прекрасны, но очень хотелось услышать старые, которые автор не успел исполнить до антракта.

- Как вы подбираете песни для концерта?- с этого вопроса началась наша беседа с Сергеем Никитиным сразу после окончания выступления.

- Можно сказать, что сегодня звезды так расположились, что я выбрал именно эти стихи. А вообще программа, конечно, зависит от публики, ведь все происходит во взаимодействии с залом. Восприятие у слушателей очень тонкое сегодня было. Ведь как тебя принимают, чувствуешь не по тому, как хлопают, а по тому, какая в зале стоит тишина. Тут она была такая звенящая.

- Так непривычно слышать ваши песни, когда вы поете их один. Все время кажется, что сейчас возникнет тоненький женский голос...

- Я тоже слышу этот голос. Предвосхищая следующий вопрос, скажу, что мы с Татьяной не развелись, наш дуэт продолжает жить. Просто половину времени Татьяна сейчас проводит в Италии, занимается арт-бизнесом, раскручивает русских художников за рубежом. (Татьяна Никитина - президент итало-швейцарской компании “Kartina” - Л.М.)

Как только она приезжает в Москву, мы выступаем вместе. Конечно, когда я пою один, разница очень большая...

Мы в общем-то разные люди с Татьяной, хотя у нас общая идеологическая платформа. Поэтому каждый вносит какую-то “свою” ноту, пусть иногда и в борьбе. Мы с ней олицетворяем “борьбу и единство противоположностей”.

- А в чем заключается идеологическая платформа?

- Она не политическая, а скорее философская. В искусстве и в жизни мы оба стремимся к гармонии. Мы просто любим поэзию, высокую русскую словесность и пытаемся этим своим чувством заразить слушателей. Я пою для друзей, но так получается, что этот слушательский круг постепенно расширился до миллионной аудитории.

- Если говорить о высокой поэзии, то давайте вспомним о том, как вам вручали Цар-скосельскую премию...

- Это был очень волнующий момент. Премия существует несколько лет, но она является очень высокой планкой, которую достичь нелегко. Нам с Татьяной было особенно дорого, что в том же 1997 году Царскосельскую художественную премию вручали Дмитрию Сергеевичу Лихачеву, а происходило это в том самом зале, где Пушкин держал экзамен перед “стариком Державиным”. И еще нам очень дорога формулировка - “за многолетнюю преданность русской поэзии”.

- Когда вы впервые выступили со сцены?

- О, тогда я был еще школьником. Я выступал вместе со старшей сестрой, которая училась в авиационном институте, вернее, с ее агитбригадой. Тогда я пел: “...платком взмахнула у ворот моя любимая”.

А вот история, как я начал писать музыку, несколько неприличная. Когда мне было три года, мы жили на даче. Моя мама Вера Сергеевна (к счастью, она сейчас жива и здорова, ей 87 лет) застала меня сидящим на берегу реки и распевающим во все горло русскую ненормативную лексику. Она говорит: “Сереженька, что же ты такое поешь?” А я: “Это мне деревенский Вовка новые слова сказал, а я их на музыку положил”.

- На одной из ваших пластинок есть благодарность Окуджавы вам, двум кандидатам наук, за исполнение своих песен. Вы когда перестали заниматься наукой?

- Я оставил науку в 87-м году. Олег Табаков пригласил работать в свой театр “Табакерку”, заведовать музыкальной частью. А Татьяна позже, в 1991 году. Правда, она пошла не в театр, а на административную работу - сначала в райисполкоме, потом в центральной префектуре, а потом еще два года проработала зам. министра культуры России.

Это было время, когда еще была иллюзия, что люди с университетским образованием что-то могут сделать во властных структурах, поставив во главу угла пользу России. К сожалению, рановато оказалось.

6
0