Молчаливая церковь

№7 (181) от 13 февраля 2001 г.

Результаты опроса...

За последние 10 - 15 лет значительно увеличилось количество людей, которые называют себя верующими и появляются в церкви. На ваш взгляд, это дань моде или свидетельство действительно возросшей духовности нашего общества?

Какое место в вашей жизни занимает вера?

Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области:

- Отсутствие уверенности в завтрашнем дне, дефицит добра, справедливости, а зачастую элементарного внимания к людям побуждает их обращаться к вере. Вере, храму - как одному из путей обретения духовной устойчивости личности.

С началом процесса перестройки в стране, когда были сняты все ограничения к познанию религии, этот процесс стал всеобщим. Что же касается моды на религию, то и это имеет место быть. Так всегда бывает в отношении нового.

Критерием того, мода это или истинное стремление к познанию духовных истоков, является время. Известно ведь, что самосовершенствование личности как основа любой религии требует немалых усилий. Те, кто обращается к богу как к очередному поветрию моды, быстро охладевают. И их, я надеюсь, со временем будет меньше.

Любовь Морина, доцент кафедры философии Вологодского педуниверситета:

- Это не дань моде, да и духовность общества не изменилась. Как была, так и осталась. А вера всегда сидела внутри людей, только имела другой вектор. Раньше она была направлена на коммунизм, на светлое будущее. А с распадом коммунистической идеологии люди нашли другую нишу. И каждый пошел своим путем: кто-то в православие, кто-то в религиозные группы и объединения.

Что касается меня лично, то я больше рациональный человек. А вера - это ведь эмоциональное состояние души. Она нужна на определенном этапе каждому. А мне просто некогда об этом думать, у меня очень много дел. И потом, у рационального человека вера никогда не бывает истиной, потому что он все равно все осмысляет и анализирует. Хотя нет гарантии, что в какой-то момент своей жизни я не приду к настоящей вере. Исключать ничего нельзя.

Виктор Новиков, художник, исследователь славянорусской традиционной культуры:

- Я не считаю, что духовность общества растет. Скорее наоборот, прозаичный материализм современного социума не поднимается выше обслуживания плотских потребностей мещанина.

Большая надежда в духовном воспитании возлагалась на русскую православную церковь, почти объявленную и уже чувствующую себя официальной религией страны. Но справляется ли РПЦ с предоставленными ей привилегиями? Некоторые священники РПЦ уподобляются людям, рубящим сук, на котором сидят.

Они борются с тем, что сохранилось от древнего русского традиционного мировоззрения, которое выражено в наших сказках, былинах, преданиях. Это не язычество, это наше исконное русское мировоззрение, доставшееся нам от предков и живущее в народе на генетическом уровне, пока бьется хоть одно русское сердце на русской земле.

Можно окрестить Варуну, Кришну, Одина, Сварога, русскую вышивку на полотенцах с изображениями Матери Сырой Земли, можно предать анафеме коньки на домах, дымники на трубах, русскую печь. Но что же тогда останется от нашей национальной самобытности?

Я призываю вас, господа русские священники, давайте сплотимся в единую силу все вместе: и православные, и ревнители славянорусской традиционной культуры, и пока еще не верующие, и сделаем все для того, чтобы наша родина-Русь отряхнулась ото сна и своим, а не иноземным умом встала бы на путь Благополучия, Добра, Света, Духовности.

От редакции.

Первыми ответить на эти вопросы мы предложили Епископу Вологодскому и Великоустюжскому Максимилиану. Однако Владыка, по словам его секретаря, отказался, поскольку “неоднозначно относится к газете “Премьер”.