Зима патриарха

№1 (227) от 9 января 2002 г.

Зима патриарха


Несмотря на кипящие вокруг политические страсти, для Михаила Горбачева самым главным в жизни остается его Раиса...

«Были ходоки к Ленину, а мы с вами - ездюки к Горбачеву», - острили пассажиры «Газели», мотавшей километры до Москвы.

3 января вологодские социал-демократы отправились на встречу с лидером своей партии - первым и последним президентом СССР. Из-за ударивших морозов в салоне машины было довольно холодно. Трое журналистов областных изданий - «Премьера», «Красного Севера» и «Нашего региона» - мерзли с партийцами за компанию.

Путь к Михаилу Горбачеву оказался столь же тернист и извилист, как и дорога России к социал-демократии. Спутав адрес, мы целый час плутали по столице - вместо Ленинградского проспекта искали офис «Горбачев-фонда» на Ленинском. Опоздали бы на встречу, да, на наше счастье, Горбачев сам задержался. Пожал всем руки, извинился: «Говорил по телефону с Ярузельским».

- Мне представляться не стоит, вы сами знаете все «за» и «против», - начал он разговор. - Надеюсь, скоро появится возможность приехать в Вологду.

- Я с нашим губернатором говорил об этом, он сказал, что с удовольствием встретит Вас в аэропорту, он очень уважительно к Вам относится. Может, слышали его фамилию - Позгалев? - спросил Александр Лукичев, глава областной организации социал-демократов.

- Не знаю, это, видимо, все новые...

Зато своих сверстников Горбачев помнит хорошо: «Мы были с Дрыгиным в большой дружбе. Это был натуральный, талантливый и очень самоотверженный человек. Больной, еле двигался, но работу держал. У нас все это знали и высоко ценили».

- Михаил Сергеевич, какие у Вас сейчас отношения с Ельциным?

- Их просто нет. Я обычно ухожу от ответов на такие вопросы. Ну что тут сводить к персонам, к их слабостям, самому слезы лить... Пресса зачастую пишет: Ельцин с Горбачевым чего-то не поделили, кто-то зашел в кабинет к Горбачеву, там выпили, а его не пригласили... Вот и отвечай на ваши вопросы... Я их сразу снимаю и отвечать на них не буду. А вот политику я могу оценить: в чем ее корни, авантюризм. А в лохмотьях копаться не хочу.

- А Путин?

- По Путину скажу так. Никакая особая история отношений меня с ним не связывает, каких-то тайных договоренностей нет. Главный подход - мы поддерживаем президента, который разворачивает политику в интересах большинства, а не на благо отдельных групп и кланов.

- Если бы Вам пришлось очутиться на необитаемом острове, какие бы три вещи взяли с собой?

- Я бы поискал, где там Раиса Максимовна. Это самое главное, мне больше ничего не надо. Это все россказни - об алчности, о дорогих увлечениях Горбачевых. Помните, говорили, что у меня семь дач - в Финляндии, во Флориде, на Тибете, на Канарах и еще где-то. Я тогда открыто сказал: кто найдет - сразу подарю. Никогда у нас не было личных дач.

Старую президентскую квартиру ельцинская команда продала, теперь там живет любовница Березовского. В этом же доме на этом же этаже у нас есть трехкомнатная квартира. Кроме этого, есть госдача. В нашей семье вещи никогда не были культом. Вся квартира и дача забиты книгами.

- Михаил Сергеевич, а картошку на даче сажаете?

- А как же, каждый год. Правда, вот урожаи получаются редко. Я думаю, семена плохие или просто в тени, в лесу ей света мало. Но 5 - 6 мешков набираем.

- Предложений стать сенатором не поступало?

- Предлагали участвовать в выборах губернатора Санкт-Петербурга, президента Татарстана и еще двух-трех субъектов. Но я в этих выборах уже участвовать не буду. Для меня сейчас главная цель - возродить социал-демократию.

Я за два года до отставки Ельцина говорил, что он может сделать добро для страны, если добровольно уйдет. То, что он делал, это был управляемый хаос, под ковром которого грабили страну. То, что он ушел, это хорошо.

- Вы верующий человек?

- На моих глазах происходило что-то невероятное. Обе мои бабушки - и Степанида, и Василиса - были глубоко верующие. Дед Андрей по линии отца - тоже. А вот дед по линии матери пришел с первой мировой и, зараженный революционной ересью, создавал коммуны, ТОЗы и колхозы. Потом был репрессирован, приговорен к расстрелу, прошел через пытки, но потом оправдан. Вернулся из тюрьмы и сказал: мол, это местные чудили, Москва ничего не знает... У бабушки дома был настоящий иконостас, а под ним на столе стояли портретики Ленина и Сталина. Ну полный баланс!

Дед верил в коммунизм страшно. Он говорил: «Советская власть дала нам землю и спасла нас от гибели». Наша семья осталась без отца, и государство помогло нам вырасти. Так что часть веры деда осталась и во мне.

- Вы бываете в магазинах, знаете цены на продукты?

- Конечно. Еще когда был секретарем Ставропольского обкома, по воскресеньям отправлялись на рынок и делали главные закупки на неделю.

Но в последние годы, когда начал свою большую миссию генсека, президента, я отошел от всех частностей. Домой я возвращался в час-два ночи, и мы с Раисой Максимовной обязательно шли на часовую прогулку. А после этого я садился и еще работал. Чтобы развернуть страну и мир, это же столько сил и времени надо было!?

Я часто не реагирую на обидные слова в свой адрес. Кто их говорит? Такие легковесные люди. Только из-под стола вышел, в 1985 году ему было 15 - 17 лет, а теперь он разделывает и Горбачева, и его ценностные ориентиры, и новое мышление. Все ему ясно. Ну ничего, думаю, пройдет. Как говорил Тургенев: «Молодо-зелено, перебродит - будет напиток, достойный богов». Я ведь тоже по молодости радикальным был.

на фото2: Александр Лукичев подарил первому

и последнему президенту СССР его шарж работы вологодского художника Михаила Копьева.

3
0