Несломленный

№32 (309) от 13 августа 2003 г.

Несломленный

И в смутные времена можно оставаться человеком: прокурор-вологжанин ценой своей жизни

спас от репрессий сотни людей.

«Я чист, как хрус таль, разберутся, я скоро вернусь», - это были последние слова, которые Любовь Федоровна услышала от мужа, когда его уводили чекисты.

Через год с небольшим, в октябре 1938-го нашего земляка прокурора Военного трибунала Забайкальского военного округа Григория Суслова расстреляли как «врага народа». И все же он успел сделать невозможное: в сумрачные 30-е добился освобождения более 700 (!) военнослужащих, чьи уголовные дела сфабриковала госбезопасность.

В конце нынешнего года намечено сдать в печать первый том областной «Книги памяти жертв политических репрессий». Материалы для этого уникального сборника собирают сотрудники архивов ФСБ, УВД и новейшей политической истории. Одним из героев будущей книги стал уроженец Кирилловского района Григорий Суслов.

«Заговорщики»

В 1937 году прокурором Забайкальского округа заинтересовался сам Генеральный прокурор СССР Вышинский. Когда другие служители системы тысячами отправляли народ в лагеря и на расстрел, Суслов только в 1939 году освободил более 700 военнослужащих. Он доказал, что обвинения против них сфабрикованы работниками особого отдела во главе со старшим лейтенантом А.Д. Видяковым.

А в стране в то время выявляли участников мифического «военно-фашистского заговора». И следствию позарез нужен был прокурор, сознательно тормозящий дела «врагов народа». Суслов подходил для этого как никто другой.

Чекисты использовали показания некого Сергеева о выступлении прокурора на партсобрании 5 ноября 1932 года (тогда по всей стране громили вчерашних руководителей партии Мартемьяна Рютина, Григория Зиновьева, Льва Каменева). Стукач намекал на связь Суслова с «контрреволюционными элементами».

Прокурор Вышинский направил запрос начальнику политуправления ЗабВО Шестакову. Тот, человек справедливый, ответил: Суслов лишь говорил о необходимости лучше изучать членов партии. Говорил, что Рютин, Зиновьев и Каменев оторвались от масс, не понимают происходящих в стране событий... Шестаков также отмечал преданность Григория Суслова делу партии.

Эта характеристика дорого обошлась начальнику политуправления: вскоре самого Шестакова арестовали.

Судилище

А следователи уже собирали «компромат» о несуществующей службе Григория Суслова в царской охранке и его провокаторской деятельности.

Давлению чекистов подверглась и первая жена Григория Григорьевича. Однако малограмотная женщина, у которой, возможно, и имелся повод для мести бывшему мужу, оказалась человеком исключительно порядочным. Она заявила, что «Суслов ни в полиции, ни в жандармерии не служил». Наоборот, он подпольщик и скрывался от царского правительства.

Но карательная машина уже закрутилась. 10 июля 1937 года на партсобрании штаба и управления ЗабВО Суслова исключили из партии. Обвинения были однотипными, как, например, у некоего Рысева: «Суслов систематически прекращал дела на вредителей и контрреволюционеров. Тут прямое покровительство врагам народа». В защиту нашего земляка не выступил никто.

Через 13 дней его арестовали в Иркутске. По данным красноярского общества «Мемориал», в деле, которое вел следователь Скакунов, подшита объяснительная записка старшего лейтенанта ГБ Зейского от 26 июня 1939 года. Очень показательный документ.

«...Арестованный 1-го отд. б. прокурор Суслов отказывался от показаний, т.е. не хотел их подтверждать на очной ставке с Яковлевым (б. Нерчинский прокурор), и только после того как Суслова крепко поколотили, он дал согласие свои показания подтвердить, и очная ставка была проведена... Большинство очных ставок проводилось именно так...»

2 октября 1938-го выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР приговорила Григория Суслова к расстрелу с конфискацией имущества. Вместе с ним к расстрелу приговорили заступившегося за него политработника Шестакова и еще четверых военных. Суд шел всего 10 минут. В тот же день нашего земляка и еще четверых человек расстреляли в Чите.

Но окончательно сломить Григория Суслова так и не удалось. На суде он заявил, что себя «виновным не признает, показания, данные им на предварительном следствии, отрицает, заявляет, что участником какой-либо контрреволюционной организации никогда не был».

Только в 1956 году его супруга Любовь Федоровна получила документ о полной реабилитации Григория Григорьевича.

Из досье

«Премьера»:

Григорий Григорьевич Суслов родился 24 января 1886 г. в селе Куракино Кирилловского уезда Череповецкой губернии. Призван в армию в 1907 г., попал в Кронштадтскую крепостную артиллерию. В 1910 г. уволен в запас, в 1914 г. вновь мобилизован, направлен в крепость Батум. Весной 1918 г. в составе красного Урубского партизанского отряда ликвидировал остатки колчаковцев. В 1919 г. вступил в Красную Армию. С 1922 г. - прокурор в Военном трибунале Забайкальского военного округа. Репрессирован в 1938 г. Реабилитирован в 1956 г.

Автор публикации - Виктор Конасов - член редколлегии областной «Книги памяти жертв политических репрессий», доктор исторических наук, профессор.

на фото: Единственное сохранившее фото Григория Суслова.