БЕЛАЯ КОСТЬ

№46 (323) от 12 ноября 2003 г.

БЕЛАЯ КОСТЬ

«Звезды» советского кино заклеймили кино западное. И раскрыли некоторые тайны прошлого...

«Параша! - ругал Олег Стриженов нынешние американские фильмы. - А Шон Коннери - просто ничто!..»

Говорят, что в Олега Александровича были влюблены все женщины Советского Союза. Он и сейчас привлекателен. Несмотря на 74 года, очень темпераментно ругает чужое современное кино и возносит до небес свои фильмы.

Приехав в Вологду на фестиваль «Новое кино России», во время пресс-конференции на любой вопрос он разражался «пятиминуткой ненависти». Его жена Лионелла Пырьева-Стриженова, сверкая бриллиантами, была помягче, но тоже не жаловала западных «звезд».

«Мы были глубже»

- Я не пойду в современные кинотеатры. Потому что мне это не-ин-те-рес-но, - сказал Стриженов. - Потому что очень много с юности изучал американское кино: поколение Марлон Брандо и компания - Грегори Пек, Мэрилин Монро... Но ведь нам сейчас показывают много дряни! Параша, в общем-то. У нас лучше артисты. Были и есть. У нас и школа лучше.

Поэтому ходить на все эти «Матрицы» мне смешно. Я вот пошел один раз с сыном. Он меня затащил с внучками посмотреть последнего Джеймса Бонда. Ну устал я безумно! Я был оглушен. Зальчики сейчас небольшие, а звуки эти - на затылке, в ушах, из-под сиденья. Устал от пустоты, от плохих артистов, от темноты, от мельканий.

Это не искусство, это плохо, товарищи. Было-то лучше! А у нас особенно было лучше. Потому что мы были глубже, тоньше, интереснее, невзирая на всю эту цензуру. Надо было иметь великий талант и второплановость.

К нам уважительно относились. А теперь нет. Сейчас на Каннский фестиваль попадают за какие-то свои деньги. Продюсерчики, какие-то спонсорочки. А я если и был там, то как представитель Советского Союза. Да, да «империи зла» - для кого-то, для меня - может, и добра. Но там я встречал не каких-то звездулек. Я встречал Жана Кокто, Жоржа Сименона, Марлен Дитрих... Мы видели эти кресла и залы, когда все еще под стол ходили. Эти кока-колы и соки. Поэтому нам шнырять по этим кинозалам незачем.

Таких «агентов»

нам не надо!

- С нами общались замечательные крупные актеры в Америке, когда мы ездили туда, - подхватила тему Лионелла Пырьева-Стриженова. - Они с восторгом смотрели на нас!

В конце 60-х я оказалась белой вороной. На закрытых просмотрах везде ночью все смотрели Джеймса Бонда, а я - нет. Не знала, что это за Бонд. И вдруг однажды мне звонят с «Мосфильма»: попросили приехать, сказали, что со мной хочет встретиться исполнитель одной из главных ролей - Шон Коннери. Я удивилась - кто это такой? Мне давай говорить: «Да это же агент 007». А мне - что?

«Да его можно было и не знать», - бросил, наморщившись, сидевший рядом супруг.

- В общем, когда я подошла к павильону, протиснуться было невозможно: вся женская половина «Мосфильма», все хотели внутрь. Когда вошла, увидела седого дяденьку, который меня поманил пальцем крючком. Это и был Шон Коннери. В паричке, но жутко обаятельный. Я возмутилась, что он меня так - пальцем. Раз он меня позвал, так пусть сам и подходит.

Коннери без всякого зажима подошел сам. Потом выяснилось, что он увидел меня в фильме «Братья Карамазовы», где я Грушеньку играла, и захотел пообщаться. Из разговора с ним я поняла, что он очень глубокий актер. Что он может и хочет играть классику. Достоевского, Толстого.

Тут супруг опять встрепенулся: «Никчемный, ничего особенного. Коннери - ничто, ничто!»

Жизнь по особому заданию

В своих воспоминаниях актеры того времени дружно говорят, что более высокомерного человека, чем Олег Стриженов, мало кто видел. Возможно, все дружно завидуют славе Олега Александровича. Ведь высота его «полета» действительно была невероятной для СССР.

Например, в фильме «Война и мир» он отказался играть Андрея Болконского назло... тогдашнему министру культуры Екатерине Фурцевой.

- Меня обозлила Фурцева, - сказал Стриженов. - Все эти комиссии... Мне вообще не нравилась советская система в кино, все эти пробы. А меня никто никогда не пробовал! А эти кати фурцевы-ткачихи, ничего не понимая в кино, мне говорили: «Вы не хотите играть образ молодежи! Вы, конечно, гениальный, но мы ждем от вас образ простого советского человека». Поэтому звания задерживали, квартиру не давали.

А в «Войне и мире» нужно было делать пробы. Я отказался. Меня вызвали и давай прорабатывать. Тут я и вспомнил все их слова про образ советского человека. Сказал: «Не могу играть. Все эполеты да эполеты. Буду ждать образ советского человека!» Кати фурцевы в крик: мол, у них фильм по особому заданию. А я говорю: «А у меня вся жизнь по особому заданию».

Опасный Высоцкий

Лионелла Стриженова, которая снималась с Высоцким в фильме «Опасные гастроли», рассказала, почему она однажды упоминается в его песне:

- Что-то про то, что он нажрался и все забыл. Только помнит, что все его бросили, а молодая вдова его приютила и оставила жить у себя.

Действительно, он был в запое, а мне нужно было уезжать на премьеру фильма в Питер. И вот я уже на чемоданах, а тут он звонит. Да не один, с другом. Просит, чтобы я его оставила у себя, если уезжаю. Мне было некогда, я ключи отдала, а сама на вокзал поехала.

Села в поезд, перевела дух и говорю актерам, что вот, запойного Высоцкого у себя в квартире оставила. А они мне: «Жми стоп-кран и возвращайся!» В общем, приехала с Питера, беспорядок жуткий и листок со стихом. Бред какой-то. Взяла и порвала.

на фото: Они были живыми легендами Советского Союза: Лионелла Пырьева-Стриженова и Олег Стриженов.