Пленник страны Холодырь

№45 (426) от 17 ноября 2005 г.

Фантазер­-поэт Леонид Мартынов за три года в Вологде создал летопись своей жизни.

В 1932 году в Вологду выслали известного омского поэта Леонида Николаевича Мартынова, арестованного по делу «Сибирской бригады». По мнению НКВД, это была нелегальная контрреволюционная организация литераторов, в которую, помимо Мартынова, входили поэты П. Васильев, С. Марков и другие. 27­летнего «заговорщика» Леонида обвинили в антисоветской деятельности, пропаганде автономии Сибири и… Индии.

Место ссылки он выбрал сам, хотя прежде видел наш город один раз в течение 45 минут во время стоянки поезда, когда «зайцем» добирался из Омска в Москву поступать учиться на художника. «Я вышел на вокзальную площадь и зорко вгляделся вглубь старого города, как будто бы даже и предчувствовал, что этот город будет связан с моей судьбой», — скажет он впоследствии в автобиографии. Из­за болезни мечта о живописи останется нереализованной.

В городе «старинных куполов»

В Вологде талантливый изгнанник обнаружил много общего с родным городом Омском — те же деревянные дома, печные трубы, унылые серые заборы и до невозможности похожие люди. Он нашел тому объяснение, ведь сибирские просторы осваивали и заселяли в том числе и предки вологжан, проходившие по кромке Земли у берегов Северного Ледовитого океана почти до края материка, до «блаженной Гипербореи», которую древние греки считали утопическим государством всеобщего счастья. Наверное, поэтому именно на Вологодчине родилась у поэта мысль написать удивительную книгу «Лукоморье» о своей родине — земле благоденствия и человечности, стране Холодырь.

Три года Леонид Николаевич снимал маленькую комнатку в скромном доме по улице Челюскинцев и всегда выделялся среди местных: стремительный, высокий, в полуспортивной, полувоенной одежде. Свободно читал и переводил с английского, немецкого, французского, польского, итальянского, венгерского…

В городе «старинных куполов», так Мартынов величал Вологду, он увлеченно собирал причудливой формы камни, напоминавшие ему о неизведанной сути творений природы. Кстати, одну из новелл назвал «Нюрин камень». В редкие минуты отдыха стихотворец упорно создавал своеобразную книгу­летопись: вырезал наиболее интересные заметки, фото, рисунки из периодических изданий, которые выписывал в невообразимых количествах, и наклеивал их.

Поэт с птичьей фамилией

Жизненное кредо сочинителя из Омска очень точно подметил его друг венгерский поэт Антал Гидаш: «Все влияет на нас, но и мы на все влияем!». Особое влияние оказала на Леонида машинистка редакции газеты «Красный Север», куда вскоре после приезда он пришел устраиваться на работу. Вологжанка Нина перепечатывала на машинке «Ундервуд» заметки новичка­корреспондента и незаметно превратилась для него в добрую Ниночку, первого слушателя и тонкого ценителя творчества, самого строгого критика, а вскоре согласилась стать его женой. Супруги прожили душа в душу 47 лет. Вместе навещали семью тоже сосланного в Вологду ленинградского писателя Бориса Четверикова, общались с А. Яшиным.

Закончилась в совхозе соль. Кто виноват? Оказалось, руководители, которые важный продукт купили, а о доставке побеспокоиться не удосужились. В итоге в хозяйстве сложилась смешная ситуация. Как правило, на вкусное слово «соль» стадо бычков реагировало своеобразно: стоило пастуху произнести его, как животные мгновенно устремлялись к человеку! Даже клички подобной силы не имели. В затянувшийся период отсутствия соли не единожды обманутые «обиделись» на людей и демонстративно игнорировали некогда ласкавшее слух сочетание из четырех букв… Такие забавные истории рассказывал читателям новый сотрудник газеты, скрывавшийся под отнюдь не случайными псевдонимами «Леонидов», «М. Л.» или «Мартын Леонидов».

В 16 лет он серьезно заинтересовался семейными преданиями и, узнав, что мартыны — это птицы из породы чаек, в стихах изложил версию происхождения собственной фамилии. Кстати, раннее детство Леонида прошло в незаурядной обстановке, чаще домом ему служил железнодорожный вагон, который подолгу стоял среди степей Зауралья. Отец работал техником путей сообщения, а его сын знал «каждую водокачку между Челябинском, Омском и Каинском». И все же любовь к литературе и искусству — заслуга мамы, Марии Збарской.

Повзрослевший Мартынов летал на агитсамолете над Барабинской степью, по трассе будущего Турксиба, прошел пешком Казахстан, искал в степи останки мамонтов, а на Алтае собирал лекарственные травы, — столь широк оказался спектр его интересов…

Мистика чисел

Весной 1935­го срок ссылки Мартынова закончился. Родной город он увидел только в конце года и сразу принял предложение земляков занять должность редактора только что созданного Омского областного книгоиздательства. Поэт старался не вспоминать о вынужденном вологодском периоде своей биографии и в 60­е годы даже не подал документы на реабилитацию.

Мартынов прожил 75 лет, в этом году он бы отметил вековой юбилей. Его жизнь состояла из череды поразительных, порой мистических совпадений, связанных главным образом с цифрами. После войны автор «Лукоморья» обосновался в Москве, на 11­й Сокольнической улице, в доме 11 и квартире с аналогичным номером. Мало того, площадь принадлежавшей ему комнаты тоже равнялась 11 метрам. И, наконец, провел он здесь 11 лет.

Трудный и извилистый путь избрал «Мартын Леонидов». К примеру, известная писательница Вера Инбер отказывала ему в принадлежности к советской литературе: «Видимо, Леониду Мартынову с нами не по пути. Наши пути могут разойтись навсегда». В постановлении бюро Омского обкома ВКП(б), в частности, говорилось: «Грубейшей политической ошибкой было предоставление литературной трибуны поэту Мартынову, который, пользуясь покровительством… создал ряд своих безыдейных, идеологически вредных и халтурных произведений». Леонида Николаевича перестали печатать, оскорбительное невнимание к его творчеству остро ощущалось вплоть до смерти Сталина, лишь в журналах изредка появлялись талантливо выполненные переводы, иначе работать он не умел.

Чудак­романтик завещал в день смерти положить ему на грудь 11 камней из своей уникальной коллекции. Возможно, один из них был с Вологодчины.

6
0