«Люблю поддерживать обвинение»

№50 (431) от 22 декабря 2005 г.

Прокурор области Александр Апанасенко дал интервью «Премьеру».

— Александр Николаевич, Вы отработали в Архангельске 29 лет. С чем связано решение о переезде?

— Это не мое решение, а генерального прокурора. В октябре я проходил очередную аттестационную комиссию в Москве, и со стороны заместителя генерального прокурора поступило предложение: а не хотите ли в другой регион? Как раз за день до этого был подписан приказ об отставке прокурора Вологодской области Александра Корнилаева. Я согласился, хотя уезжать, конечно, было жаль.

— Квартиру получили уже?

— Нет, конечно. Снимаю, а семья в Архангельске. Но все­таки на будущее планирую обосноваться в Вологде.

— Вы «кабинетный» работник или Вас можно увидеть в зале суда в качестве гособвинителя?

— Конечно! Я люблю поддерживать обвинения. Правда, по громким, резонансным делам есть один минус — обычно это объемные, длительные процессы, по которым нужно участвовать не месяц и не два, которые я должен выбросить из своего рабочего графика. Вот в Архангельске был взрыв газа в жилом доме. Погибли люди, вы, наверно, слышали. Я бы с удовольствием поучаствовал в этом процессе, но суд заседал три месяца. А самое большое, что я могу себе позволить, — неделю. В должности прокурора Вологодской области я уже два раза поддерживал обвинения. Одно в вологодском районном суде — причинение тяжкого вреда, повлекшее смерть потерпевшего. Второе завершилось буквально на днях в Шексне — убийство. По одному просил 12 лет, по другому — 8. Приговоры вынесены, но пока не вступили в силу.

— В прошлом году Вологодскую областную прокуратуру проверяли инспектора из генпрокуратуры. Итог проверки был неутешителен: прокурор города подал в отставку, прокурор области тоже чуть было не уволился, но в конце концов ему был объявлен выговор. В январе этого года на коллегии, где, кстати, присутствовал и Президент России, генеральный прокурор Владимир Устинов во всеуслышание поставил Вологодскую область «на вид» и рассказал, что в ходе проверки были обнаружены даже  сокрытых умышленных убийств. Что­то изменилось?

— После той проверки недочеты были исправлены, хотя и не в полном объеме, конечно.

— В начале декабря Вы инициировали проверку городского ЖКХ, уже есть результаты, может, уголовное дело?

— Нет, никакого дела пока нет. Проверка продолжается, там же много вопросов, не только связанных с котельными. Есть вопросы к руководству предприятий. Так просто это не решается. Кстати, сейчас наблюдается такая картина, когда люди больше стали доверять прокуратуре. В частности, в вопросах ЖКХ. Поэтому многие звонят и пишут в прокуратуру. Реакция следует немедленно.

— В деле начальника жилищного управления города Веры Логиновой будут еще подозреваемые?

— Дело расследуется всего месяц с небольшим, и я не исключаю, что подозреваемые действительно еще могут быть. Поступает информация, в том числе анонимная. Мы ее проверяем. В УВД тоже есть дело, касающееся чиновников жилищного управления, и в самое ближайшее время состоится совещание, где мы с руководством УВД решим вопрос об объединении этих уголовных дел.

— А как расследуется дело с череповецкими убийствами? Маньяк до сих пор не задержан…

— Это, действительно, страшные преступления. Мы объединили пока 5 убийств. У нас нет уверенности, что действует один человек. Мы вышли к городским властям Череповца с предложением об объявлении вознаграждения, чтобы люди шли к нам с информацией. Такие способы срабатывают иногда. Власти согласились, и сейчас идут постоянные звонки, всю информацию по которым мы проверяем. К сожалению, подозреваемых у нас пока нет.

— Следующий вопрос вам хочет задать Сергей Михайлов, невинно осужденный и приговоренный в свое время к смертной казни уроженец Архангельской области, прокуратуру которой Вы возглавляли. Мы разыскали его, и он спрашивает — будет ли в конце концов снято ложное обвинение его в изнасиловании сестер­тройняшек?

— А почему оно должно быть снято? Оно доказано. Если Верховный суд пошел на то, чтобы освободить его от уголовной ответственности в отношении убийства, это вовсе не значит, что он не виноват и в изнасиловании. Ведь представление было вынесено, но суду виднее.

3
0