№29 (564) 22 - 28 июля 2008 г.

Долговая яма

Ответчиком в суде выступала 17-летняя Ксюша Бобылева, которая должна была возместить ущерб за счет наследства, доставшегося ей от отца. | Фото Марии Бобылевой

Почти 300 тысяч рублей оказалась должна 17-летняя Ксюша Бобылева за то, что ее отец погиб в автомобильной аварии, унеся с собой жизнь еще одного человека.

Страшное известие Ксюша родилась здоровой. Трагедия с ней случилась прямо на глазах матери. «Ксюша гуляла во дворе с подружкой, — вспоминает Мария Бобылева, — та ее толкнула. Моя дочка упала».

На следующий день обеспокоенные воспитатели детского сада сказали Марии Павловне, что ее дочь очень странно себя ведет: сидит бледная, не играет, не бегает, почти не ест.

«Мы пошли домой, Ксюша по дороге останавливалась и закрывала глаза. Дома вечером у нее началась рвота ужасного зеленого цвета».

В сельской Кузинской больнице под Великим Устюгом врачи прописали девочке легкие успокоительные таблетки и отправили домой, но странные приступы не проходили. В 5 лет девочка попала в реанимацию. «Она потеряла сознание и почти не приходила в себя. В конце концов врачи сказали: «Зачем вам такой ребенок?». Мне недвусмысленно предложили принять решение… отключить дочь от аппаратов». Услышав страшное известие, Мария Бобылева упала в обморок и… потеряла своего второго ребенка, которого к тому времени носила под сердцем.

Десять лет нежизни Майор милиции, работник уголовного розыска Великоустюгского РОВД Владимир Бобылев, оставив жену в больнице после выкидыша, забрал умирающую дочь и отправился в Вологду. Здесь, на 4-м отделении областной больницы, вологодские врачи подарили девочке жизнь. Был точно поставлен диагноз: «Поражение центральной нервной системы. Эпилепсия». Отец не отходил от дочери ни на минуту. Он учил ее заново ходить и говорить. Когда через несколько недель отец с дочерью вернулись домой, в деревню Бобровниково под Великим Устюгом, Ксюша уже стала выговаривать некоторые слова.

«Но приступы повторялись каждый день, — говорит Мария Павловна, — я бросила работу и полностью посвятила себя дочке. Ксюша даже стала учиться в школе, правда, по индивидуальной программе. А школа в Великом Устюге, за 10 километров от деревни».

Несмотря на запреты врачей, мать каждое утро поднимает девочку с кровати. Затем следует приступ, и только после него они одеваются и спешат на автобус. И так уже 10 лет…

Смерть на дороге «В марте 2007 года мы с Владимиром развелись, — вздыхает Мария Павловна, — я не осуждала его. Наша жизнь превратилась в ад. Я — мать. А он — здоровый нормальный мужик, которому хотелось жить спокойно». Спустя 2 месяца после развода, в день рождения дочери, 10 мая, Владимир Бобылев погиб.

«Он спешил на день рождения Ксюши, — рассказала Мария Бобылева, — не удержал автомобиль и выехал на встречную полосу». «Около 15 часов на 406 километре автодороги Урень — Котлас произошло столкновение автомобиля ВАЗ-2106 и автомобиля «Фольксваген Пассат». В результате столкновения погибли два человека», — записано в милицейской сводке. В автомобиле, в который врезалась машина Владимира Бобылева, находилась старая больная женщина Зинаида Преловская. Сын вез мать в больницу, когда на встречную полосу прямо в лоб вылетела «шестерка». Зинаида Преловская умерла в больнице, а ее сын, который находился за рулем, получил тяжелые ранения. Уголовное дело по факту привлечения к ответственности виновника аварии заводить не стали, потому что он был мертв.

Беда не приходит одна Спустя месяц после автокатастрофы семья Преловских обратилась в суд, требуя возместить материальный ущерб за поврежденный «Фольксваген Пассат» в сумме 80291 рубль и взыскать в их пользу 300 тысяч рублей за моральный вред, причиненный смертью Зинаиды Преловской.

Ответчиком в суде выступала 17-летняя Ксюша Бобылева, которая должна была возместить ущерб за счет наследства, доставшегося ей от отца. «Я пришла в ужас, — рассказывает Мария Бобылева, — Ксюша действительно получила в наследство часть нашей квартиры. Это маленькая хрущевка в деревне. Еще есть земельный участок в нескольких десятках километров от Устюга, и участок в Устюге, где мы хотели с мужем строить дом, чтобы наша дочка могла ходить в школу, не вставая в пять утра. Всем этим мы владели с мужем на равных правах, и его часть досталась дочери». Мария Павловна, чтобы прокормить себя и больную дочь, устроилась на работу в военкомат. Ее зарплата составляет 6,5 тысячи рублей, пенсия дочери чуть больше 4 тысяч. «Нужно и за квартиру платить, и за ссуду еще 4 тысячи, — вздыхает женщина, — ведь мой бывший муж взял на покупку автомобиля деньги в банке, и я теперь расплачиваюсь за него».

27 мая 2008 года судья Великоустюгского суда Кисель вынес решение: «Взыскать с Бобылевой Ксении Владимировны в пользу потерпевших компенсацию морального вреда в размере 215 тысяч рублей, в возмещение ущерба от повреждения автомобиля — 80291 рубль 12 копеек и расходы по оплате услуг оценщика в размере 1500 рублей». Чтобы расплатиться, Ксюше Бобылевой придется продать квартиру. Ту самую, в которой она живет.

P.S. Когда верстался номер, стало известно, что судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда отменила решение Великоустюгского суда в части возмещения морального вреда, посчитав, что вину погибшего отца нельзя возлагать на несовершеннолетнюю девочку­инвалида. Однако за разбитый «Фольксваген» все же придется заплатить, правда, не девочке, а ее матери.

«Я пойду до конца, — говорит Мария Бобылева, — обращусь в Верховный суд. Ведь мы с мужем уже были в разводе. Мне очень жаль пострадавшую семью, но ведь мы с дочерью не виноваты. Не мы сидели за рулем».

Юлия Лаврова