ПРОКЛЯТОЕ ГУБЕРНАТОРСТВО

№40 (369) от 6 октября 2004 г.

Подгорнов прошел путь от главы региона до рядового гражданина. И не сломался...

Как живет экс­губернатор Вологодской области, а ныне рядовой гражданин Николай Подгорнов?

«Губернаторство мне в материальном плане ничего не дало, — Николай Михайлович смотрит прямо перед собой и надолго замолкает. — В остальном это был бесценный опыт работы… А потом — несчастья для моих родных».

У него нет ни одной акции какого-либо предприятия. У него нет предложений вернуться в политику. У него пока нет возможности открыть собственное дело. Некогда самый главный человек региона попал в маховик под названием «Государство» и выбрался из него рядовым гражданином.

Из князей — да в грязь

Арест вологодского губернатора в ноябре 1996-го называли по-разному: кто — фарсом, кто — торжеством справедливости («Вор должен сидеть в тюрьме!» — тоном Глеба Жеглова рычали старушки), кто — разменной картой Бориса Ельцина, укрепляющего свою шатающуюся власть примерной строгостью.

Но сейчас ему скорее сочувствуют: в столице дрались паны, в регионах трещали чубы, а в итоге больше двух лет заключения достались одному Подгорнову, не считая «сидельцев» поменьше рангом. Степень его вины никто до нуля не сводил, но в свете других многочисленных «подвигов» его товарищей по креслу из других регионов промахи Подгорнова выглядели по меньшей мере несерьезно.

Другой бы на месте Николая Михайловича извлек большую пользу из ореола «невинно отсидевшего»: написал книгу типа «Кому на Руси жить хорошо?», издал ее, этим поднял свой рейтинг (впрочем, в 90-х это слово не было так популярно, чаще говорили «народная любовь») — и вернулся на Вологодчину на белом коне. Но Подгорнов по этому «кассовому» пути не пошел.

Правда, необычная судьба вологодского губернатора сама на него «поработала»: москвичи Подгорнова не оставили. «Когда я вернулся, сразу стал работать, меня пригласили в Москву люди, с которыми я был связан во времена Высшего экономического совета, — спокойно говорит Николай Михайлович. — Они понимали, что у себя в регионе я работу не найду».

Конечно, его взяли на работу не только из-за лестного для работодателей ореола «бывшего власть имущего»: буквально за неделю до первого ареста Подгорнов защитил кандидатскую диссертацию, а перед вторым — и докторскую.

О тюрьме этот представительный и, пожалуй, величественный пожилой человек говорит как можно более общо: надо бороться, не опускать руки… Одно очевидно: у экс-губернатора не было статуса «царственного пленника», и здоровье его в заключении расшаталось, и кислорода не хватало, и супруга, как сотни тысяч других женщин, так же плакала тайком…

А потом началось привыкание к новой жизни. К жизни рядового гражданина Подгорнова.

«Чтобы не раздражать недругов»

В светло-сером кабинете аскетичная обстановка: стол, телефон, икона Божьей матери… Сам Николай Михайлович в голубой рубашке без галстука кажется здесь собственным двойником, сидящим в кресле руководителя вологодского отделения Московского бухгалтерского института «для конспирации».

«Немного занимаюсь наукой, немного преподавательской деятельностью», — бодро говорит он. Институт арендует площади в пристройке культурного центра «Чайка», в прошлом году дипломы экономистов получили 45 выпускников-вологжан.

Год назад Подгорнов был вынужден закрыть вологодское отделение Международной академии информатизации, хотя планировал развернуть здесь бурную деятельность, в ремонт здания для этого отделения вложил практически все свои сбережения. «Закрыли, чтоб оно не раздражало ни недругов, ни завистников», — объясняет экс-губернатор. А помещение пришлось продать, чтобы рассчитаться с долгами за него же.

Хотел Николай Михайлович организовать в Вологде свой вуз, но аккредитации не получил: «Для этого нужно помещение, а у меня нет ни одного квадратного метра», — говорит он. Обращался к Анатолию Паку, а потом и к Алексею Якуничеву — результат нулевой. «Нет возможности мне помочь, — осторожно говорит Подгорнов. — Значит, есть более важные дела…»

Три года назад состоялась его встреча с нынешним губернатором. «Атмосфера была очень доброжелательной, — он подавляет вздох, — но дальше нашего разговора ничего не пошло…» В беседе с Вячеславом Позгалевым он сообщил, что может вернуться на государственную службу, если в нем будет необходимость. «Там, где смогу пригодиться, я готов работать, — уверенно говорит Николай Михайлович. — С удовольствием вернулся бы, главное — чтобы был востребован».

Но встречных предложений не поступает. Желающих заняться образованием и политикой в Вологде хватает, вакантных мест нет. Подгорнов говорит об этом более деликатно: «Сейчас я свободный гражданин».

Самое дорогое

Все выходные экс-губернатор проводит на своем дачном участке в деревне Сопятино Вологодского района. Обустраивает тот самый дом, который у него арестовали как неправедно добытое имущество: здание было выкуплено его родственниками, а земля и так все время находилась в собственности Подгорнова.

«У меня 30 яблонь, вишни, сливы, груши, кедры, облепиха, — оживленно описывает он свой земной «рай». — Целый ботанический сад».

Работа с землей становится для Николая Михайловича, уроженца сельской местности, способом побыть наедине с собой, найти новые силы. Какое-то время он даже хотел удалиться от городской суеты, заняться аскетизмом. Но, видимо, понял, что ему противопоказан «полный покой»: человеку, в 23 года возглавившему совхоз, трудно представить, что его зрелость, когда есть и силы и желание работать, пройдет в «отдохновении».

«Я неплохо готовлю, — обстоятельно рассказывает Николай Михайлович. — Но ни одно блюдо не готовлю одинаково, каждый раз добавляю что-то новое. Мы с женой из всего стараемся сделать фирменное блюдо, даже из грибов и огурцов. Засолку ведем по рецептам и энциклопедии. Хороший рассол помогает от проблем в организме лучше рекламированных средств».

По словам Подгорнова, готовят в его семье и целебные настойки. Три-пять видов настоек всегда есть в доме.

Гордость Николая Михайловича — 9-летняя дочь Маша, чемпионка города по плаванию в своей возрастной категории. Но рассказов о своей семье он избегает. Даже просто упоминая в разговоре супругу и детей, складывает большие, сильные ладони «домиком», будто прячет в них самое сокровенное: мое, не трогайте…

Они же не просто «посвященные» в его жизнь — они и есть его жизнь. Самое дорогое. Другого ничего не осталось…

430
0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.