Отходам — вторую жизнь

№42 (474) от 18 октября 2006 г.

Легким движением пресса опилки превращаются в экологичное топливо ­ пеллеты. | Фото автора.

Обыкновенный мусор может приносить немалые деньги.

Самыми прибыльными оказываются отходы лесопереработки. В Европе уже давно нашли применение опилкам, щепе, древесной муке. Их сушат, измельчают и пускают под пресс, в результате чего получаются специальные топливные гранулы — пеллеты. Горят они как мелкий каменный уголь. Тонна биотоплива заменяет две с половиной тонны солярки и выделяет при сжигании 5 тысяч киловатт тепловой энергии. Оно дешевле и экономичнее дров. Кроме того, при сжигании гранул выделяется мало углекислого газа. Цена одной тонны — от 90 до 120 евро.

Если я чешу в затылке, не беда…

В Вологодской области пока действуют всего 5 небольших предприятий, перерабатывающих опилки. К запуску готовы еще два. А вот работают на готовых пеллетах единицы: одна котельная в поселке Устье Кубенское (в Харовске готовится к запуску вторая) и один частный дом предпринимателя, занимающегося лесопереработкой.

Эта куча — не мусор, а готовое сырье для высококачественной продукции.

Для сравнения — в Швеции есть федеральная программа, согласно которой все коммунальные службы страны в скором времени должны перейти на это экономичное и безвредное топливо. В Финляндии, Германии, Голландии, Англии, Дании частные дома в большинстве своем отапливаются именно пеллетами.

«Мы и поставляем нашу продукцию в основном в эти страны, — поделился с нами опытом реализации директор вологодского лесохимического завода Сергей Красиков. — Пока всего 300 тонн в месяц, но очень скоро мы запустим еще одно наше предприятие по производству пеллет в Великом Устюге и увеличим мощности, потому что потребность в этом топливе на Западе неуклонно растет».

А вот у нас такие котельные вряд ли в ближайшем будущем появятся повсеместно, хотя леса в Вологодской области много, и опилок соответственно тоже. Дело в том, что затраты, связанные с адаптацией к новому топливу крупных котельных и ТЭЦ, слишком велики. Хотя, по словам специалистов из Санкт­Петербурга, затраты быстро окупаются, ведь биотопливо дешевле, чем газ.

Кроме производства пеллет, прибыль приносят и другие отходы лесного производства. В Вологде, к примеру, есть лесоперерабатывающая фирма, которая успешно реализует в Москве каминные палочки. Сучковатые остатки березы обрабатываются в аккуратные ровные палочки, пакуются в штабеля и транспортируются в Москву — в частные особняки с каминами по цене около 100 евро за тонну.

Из никому не нужных кусочков ткани и ниток получаются симпатичные герои русских сказок.

«У нас тоже мечта использовать все отходы», — признается бизнесмен Николай Николаев, руководитель фирмы «Никсмебель». Но пока опилки сжигаются в печке для поддержки постоянной температуры, которая необходима в помещении для сушки деревянных заготовок. Экономия выходит солидная — до 30 000 рублей в месяц.

Баба Яга — не против

В вологодской фирме «Нерум» из отходов основного производства неожиданно появилось еще одно направление деятельности, приносящее прибыль.

«Это случилось пять лет назад, когда к нам пришла работать одна девушка, — вспоминает начало оригинального бизнеса директор «Нерума» Валентина Ястребова, — раньше остатки пряжи, кусочки от раскроя мы выбрасывали за ненадобностью, а эта девушка вдруг взяла и сшила из них разноцветную игрушку. Мы ахнули — какая забавная и оригинальная она у нее получилась — и всем сразу захотелось и себе такую же».

В ход пошли межлекальные выпады ткани и трикотажа, распущенная разноцветная пряжа. Набивались забавные игрушки тоже льняными кусочками. Постепенно появился цех по пошиву игрушек, в котором сейчас работают уже пять человек. Смешные человечки, звери и сказочные персонажи пользуются бешеным спросом у иностранцев, приплывающих в Кириллов. Заказы на изготовление приходят из Москвы. Например, сейчас мастерицы «Нерума» выполняют крупный заказ одного московского бизнесмена на пошив … 100 кабанчиков для новогодних подарков своим сотрудникам.

Кроме заказов от частников, «Нерум» получил заказ для музея мыши в городе Мышкине и для музея Бабы Яги в Кукобое.

За битого двух небитых дают

У директора «Дома цветов» Елены Антипиной можно увидеть потрясающей красоты столы, столешницы которых выполнены из мозаики: битых горшков или керамической плитки. Елена Олеговна сама придумывала оригинальный узор, укладывала его и покрывала лаком. Каждый стол — произведение дизайнерского искусства. А стоимость «отходов» — от 4 до 5 тысяч рублей.

«Точно такой же техникой можно воспользоваться для украшения, например, цветочных горшков. Разбился один — можно кусочки приклеить к другому по окружности, и будет красиво. А еще так можно сделать рамку для фотографии», — советует Елена Антипина.

Такой кабанчик станет символом следующего года.

Из сухих веточек, сломанных часов, пуговиц, обрывков газет или деталей компьютера в «Доме цветов» создают коллажи, которые украшают стены известных вологодских фирм или кафе. Один авторский коллаж стоит от 500 до 1200 рублей.

За стеклом

Иногда отходы могут стоить даже дороже, чем полноценная заводская вещь. Пример тому — стекло. По словам архитектора и дизайнера Ольги Паничевой, ей приходилось видеть очень красивые витражи из осколков итальянского стекла, спаянные особым образом в причудливый узор. Стоимость такого шедевра в зависимости от его площади оценивается в десятки тысяч долларов!

«Однажды был случай, когда предприниматель заказал стену в квартире из стекла. Проект делал один вологодский дизайнер, — говорит Ольга Паничева. — Он долго ломал голову, а потом поехал по свалкам и заброшенным заводам. И нашел на каком­то крупном предприятии такие стеклянные трубки. Они, кажется, для дойки использовались, а потом были выброшены. Из этого «мусора» получилась великолепная стеклянная композиция: трубки были подсвечены и играли пузырьками внутри. Получилось очень дорого, хотя… на самом деле ничего не стоило, ведь эти трубки так и пропали бы на свалке никому не нужными».

Мы строили­строили и наконец построили

Из сломанных цветов можно сделать свадебный букет. А из остатков кожи и меха — стильную сумку.

По словам вологжанина Дмитрия Ермакова, отходы большой стройки — битый кирпич и камни — обычно идут на ура у владельцев дач, которые хотят засыпать ямы на дороге. «Камаз» битого кирпича стоит около 2 тысяч рублей. Такой же объем старого асфальта, который остается после ремонта дорог, чуть дороже — около 2,5 тысяч рублей.

«Краски можно использоваться до бесконечности. Обрезки ковролина и обоев прекрасно подходят для создания панно, коллажа и других интересных вещей. Например, если у вас вытираются обои за лестницей спортивного уголка, можно наклеить за ними вырезанные прямоугольники остатков ковролина. Это и практично, и красиво — теперь уголок зрительно не потеряется в интерьере», — считает директор дизайн­бюро «Слон» Людмила Линдблад.

Остатки мозаики подойдут для детского творчества, так как края этой маленькой плитки — неострые. Впрочем, и взрослые могут творить из мозаичных отходов — например, выложить ими фальш­плинтуса, если обои внизу стены стали грязными от соприкосновения с тряпкой во время мытья полов. Другой вариант — наклеить остатки вокруг выключателя. «Это раньше продавали специальные пластмассовые накладки, сейчас все это можно сделать из остатков», — уверена Людмила.

Даже остаткам линолеума можно дать вторую жизнь. Людмила Линдблад вырезала из отходов кусок и прикрыла им верх антресолей, приклеив на двусторонний скотч. Теперь вытирание пыли для нее стало более приятным занятием, чем прежде. «В общем, если подумать и приложить фантазию, любой строительный материал готов к переработке», — считает руководитель дизайнерской фирмы.

Кролики — это не только пушистый мех

«Мы сдаем наши отходы в Москву, на специальные базы, — рассказывает директор вологодской пушно­меховой фабрики Татьяна Селянина. — Эти предприятия продают эти отходы тоннами, а затем из них шьют изделия». Среди основных покупателей таких баз — Греция. Так что вполне возможно, что ваша греческая шуба из лоскутков сшита из отходов вологодской пушно­меховой фабрики!

В основном иностранцы заинтересованы в остатках норки. «Мы продаем их по сравнительно низкой цене небольшими партиями, — рассказывает Татьяна Селянина. — А рентабельность бизнеса меховых остатков зависит от объемов».

Ткань, которая остается после обивки мебели в фирме «Никсмебель», идет в детские дома и на свалку. «Ранее знакомые сотрудников фирмы забирали остатки как ветошь в гаражи, но сейчас спрос упал, — говорят мебельщики. — Так что пока судьба у наших отходов не очень».

Сапожная мастерская Мурадянов сдает остатки кожи в садики и Школу искусств Сокола, где находится основное производство обувщиков. «Насколько мне известно, ребята делают из кожи поделки. И мы очень рады, что наши отходы производства развивают фантазию детей», — признается Сос Мурадян.

«Переработка отходов — золото под ногами, которое не хотят замечать», — считает председатель вологодского клуба деловых людей Владимир Старцев. А ведь направлений огромное количество: цветной металл, биоудобрения, резина, бумага, стекло. «Чтобы проект вторичной переработки стал успешным на рынке, производство должно быть многоцелевым и способным к переориентации, — говорит Старцев. — Вот тогда­то бизнесмен точно получит Звезду Героя. А пока приходится брать чистый носовой платок, чтобы смахнуть скупую слезу».


Все самое интересное представлено только на нашем сайте http://antarctika.ru. Читайте больше и вы не пожалеете!

74
0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.