Чтобы помнили

№37 (934) от 21 сентября 2015 г.

Карьера киноактера у Михаила Сурова началась именно с того, что в его коллекциях можно было найти реквизит из любой эпохи. Так, для фильма «Царь» реквизиторы закупились у Сурова на три миллиона рублей. | Фото из архива «Премьера»

Вологде нужен музей Михаила Сурова.

Эксперты считают, что это поможет сохранить наследие политика и коллекционера.

«Впервые я увидел коллекции Михаила Сурова в 2006 году. Когда перед моими глазами оказалось одновременно около 3 тысяч прялок, я испытал ни с чем несравнимые чувства», — рассказывает директор Кирилло-Белозерского музея-заповедника Михаил Шаромазов.

Михаил Суров собранные им за десятилетия сокровища Вологодчины не прятал. Предприниматель провел 92 выставки в 28 странах мира и издал несколько книг. Более того, Суров с удовольствием встречал гостей на базе бывшей гостиницы «Уют» в нескольких километрах от Вологды и лично показывал «тематические» амбары, пристроенные к основному зданию: в одном были только старинные шкафы, в другом — люльки, в третьем — сани, конские дуги, прялки, сундуки, зыбки и тому подобное.

В кирпичном здании «Уюта» был соблюден тот же принцип. Каждая комната отводилась под определенную коллекцию. И можно понять ощущения людей, когда коллекционер или случайный гость входил в помещение, где были собраны тысячи полотенец, ключей, колокольчиков и самоваров.


Гордость коллекций

Сам Михаил Суров, как рассказывают его близкие, горел идеей открытия собственного музея. Именно этим коллекционер и предприниматель, по свидетельству друзей, и занимался в последние дни своей жизни. Но, к сожалению, реализовать идею не удалось.

Часть коллекций родные Михаила Васильевича открыли спустя несколько месяцев после его гибели. В ноябре 2011 года в доме Корбакова прошла выставка из личного собрания Сурова «Вологодская старина». Здесь были показаны основные направления собирательной деятельности Михаила Васильевича, но многие из коллекций официально признаны самыми крупными в России.

Это кованые изделия (стукалки, светцы, старинные замки, ключи), украшенные резьбой и росписью крестьянские бытовые орудия труда, сундуки, короба, посуда, прялки с уникальными изображениями растительных, цветочных мотивов, сценок охоты на зайца и лося, с жанровыми сценками из народной жизни. Особой гордостью выставки «Вологодская старина» стали самовары. Большая часть из них — тульские, но были экземпляры, сделанные в Вологде и Москве.

Здесь же можно было увидеть прекрасно сохранившуюся крестьянскую одежду, охотничьи принадлежности (пороховницы, компас, охотничьи сумки, дробницы), старинные, в том числе и рукописные книги, медную пластику, предметы древнерусской деревянной скульптуры. В коллекции присутствовало и немало историко-бытовых редкостей, среди которых — перстни, печати, пуговицы, женские украшения.

Еще один предмет гордости Михаила Сурова — коллекция икон — был выставлен в Вологодской слободе. Здесь акцент был сделан на собрание более чем 600 предметов крестьянской иконописи и произведений северного древнерусского народного искусства.


Профессиональная зависть

При жизни многим друзьям и коллегам Михаил Суров подчеркивал, что они видели лишь часть его коллекций. «Все самое-самое у меня спрятано. А где — не скажу, много у меня заимок», — шепотом выдавал предприниматель секретную информацию. В итоге тема никем не виданных коллекций долгое время была «тайной за семью печатями». Нераскрытой она остается и сегодня.

«Существование секретных коллекций — миф, созданный Михаилом Суровым. Однажды мы с Ройзманом были у Сурова в гостях, и я потребовал показать иконы. Миша, как ни уходил от темы, был вынужден признаться мне, что тайные сокровища — его придумка», — говорит директор Кирилло-Белозерского музея-заповедника Михаил Шаромазов.

Еще при жизни Михаила Сурова часть антиквариата ушла на оформление более семидесяти ресторанов. В их числе «Печки-лавочки», «Тарас Бульба», «Верста», «Царская охота» и другие. По словам друзей, многие экспонаты находятся в собственности бизнесменов, актеров, журналистов, политиков и других именитых гостей Сурова.

«Знаю, что некоторые вещи есть в коллекции художника Ильи Глазунова, в деревне Шувалово, например. Часть успел выкупить Кирилло-Белозерский музей — 3,5 тысячи прялок, тысячу полотенец, сундуки, ткани… Конечно, если бы не Михаил, то все это было бы утрачено навеки», — считает Михаил Шаромазов. — И очень жаль, что нет музея, где можно было бы увидеть коллекции Михаила Васильевича. Значительная часть вещей уже ушла».


Выход есть

Как выяснил «Премьер», семья и близкие Михаила Сурова тоже мечтают о музее, но не могут найти поддержку со стороны.

«Вместе с вдовой Михаила Васильевича Еленой Валерьевной пытались открыть музей, но это было никому не нужно. Мы постоянно сталкивались с тем, что к Сурову неоднозначно относились», — говорит Ирина Пименова, которая была членом команды Михаила Сурова более двух десятков лет.

То, что музей Сурова необходим Вологде, говорит и сестра Михаила Васильевича Ирина Чекалова, которая работала в областном краеведческом музее: «В коллекциях Михаила было очень много интересных вещей. Он был коллекционером высокого уровня, даже противники не могли отрицать масштаб его работы. По сути, у многих была просто профессиональная зависть по отношению к его собраниям».

Как рассказывает Ирина Васильевна, музейщики мечтают получить лучшие предметы коллекций Сурова: у государственных музеев никогда не было столько средств на командировки в глубинку области.

«Меня Михаил не приглашал оценивать найденные вещи, ведь я работала в музее, была представителем другого лагеря. Но я могу оценить масштаб коллекций по его книгам, по выставке в Вологодской слободе, где были действительно удивительные и уникальные вещи», — подчеркивает Ирина Чекалова.

Единственный вариант сохранения коллекционных собраний Сурова — открытие частного музея. «Конечно, частному музею непросто выжить. Важно привлечь не только турпотоки, но и инвестиции, а, к сожалению, грантодатели не обращают внимания на детей», — говорит директор музея наук «Эврика» Ольга Усанова. В качестве примера успешно работающего частного проекта Ольга приводит музей в Ярославле «Музыка и время», который расположен в частном доме на набережной Волги.

Примеры востребованных частных музеев есть и в Вологодской области. В Белозерске Культурный центр имени писателя Сергея Викулова построила и содержит его дочь, вложившая в его создание немалые средства. В Кириллове успешно работает интерактивный музей «Княжеская гридница».

Его владелец Игорь Ручин, которого поддержала фирма «Конт» и профинансировала строительство музейного комплекса, считает, что самое главное — энтузиазм: «Пусть стучатся во все двери, и финансирование придет оттуда, откуда они и не ждали. Если люди действительно хотят открыть музей, если они этим горят, никакие препятствия им не помешают».

Марина Чернова

261
0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.