По Чёрному

№39 (987) от 4 октября 2016 г.

Антон Чёрный планирует выпустить еще три тома антологии «Поэты первой мировой», куда войдут стихи поэтов стран, участвовавших в войне. | Фото из личного архива

Вологодский поэт, журналист, переводчик Антон Чёрный презентовал 28 сентября новую книгу «Поэты первой мировой» и поделился с «Премьером», как стал своим среди музыкантов и литераторов.

Имя Антона Чёрного всегда на слуху у тех, кто интересуется литературой. Широкой общественности он был известен по своей журналистской работе в нескольких изданиях Вологды.

Несколько лет назад Чёрный переехал в Санкт-Петербург, а полтора года назад — в Америку. На прошлой неделе Антон вернулся на несколько дней в Вологду, чтобы повидаться с родными и заодно устроить в «Красном углу» презентацию долгожданной антологии «Поэты первой мировой», где собраны стихи немецкоязычных поэтов в переводе Антона.

На мероприятие пришли многие друзья и коллеги, и среди них — не только литераторы, но и журналисты, музыканты и рекламщики. Ведь за свои 34 года Чёрный успел примерить на себя огромное количество профессий.

— Антон, на презентации писательница Галина Щекина вспоминала, что был период, когда ты был «хулиганистым парнишкой»…

— Мне было 18 лет, и я был в неформальной тусовке рок-музыкантов единственным поэтом. На гитаре не играл, но мои стихи были востребованы. Этот рокерский период недолго продолжался, но, когда у меня была презентация первой книги, я устроил из нее концерт, пригласив многих знакомых музыкантов — Муравья, Моррисона и других. В итоге в баре собралось столько народа, что люди стояли в дверях, и презентация шла с 2 часов дня до 10 вечера.

— Как в твоей семье относились к твоему увлечению?

— Знаю, что мой дедушка писал стихи. Однажды даже нашел его стихотворение, вложенное в старый словарь. В целом, несмотря на то, что мои родители работали на ОМЗ, они интересовались музыкой, читали... Да и времена были очень сложные, поэтому родители занимались делом, а не сюсюкались с нами, четырьмя братьями в семье. Такое отношение позволило каждому из нас найти свой путь в жизни. Например, сначала я хотел стать художником, а потом передумал.

— Когда ты поступил на филфак Вологодского педуниверситета, совпало ли твое представление о нем с происходящим?

— Мне там было жутко интересно. Многое я знал из студии Инги Чурбановой в ЦДО, что-то нам рассказали в старших классах, когда у нас поменялась учительница по литературе. Впрочем, я поступил не с первого раза, потому что провалился — не мог понять, о чем нужно рассказывать в билете о патриотической литературе ХХ века. Уже на следующий год, поработав все это время у станка по производству валиков для краски, поступил на филфак с немецким уклоном.

— Что вспоминается из студенческих времен?

— У нас был большой курс, из 100 человек. Ребят было всего шесть, и трое — поэты: Ваня Смирнов, Гоша Гробовиков и я. Остальные отлично играли на фортепиано, и между парами мы либо декламировали, либо играли в четыре руки джазовые импровизации, ставили сценки. Нам казалось, что вот оно — счастье. Мы — поэты, девушки слушают нас, мы организовываем рок-концерты!

Моим любимым преподавателем был Сергей Юрьевич Баранов, который просто переформатировал мне сознание. Я пришел на филфак волосатым нонконформистом, а благодаря ему вернулся к классике. Сергей Юрьевич читал такие лекции, что мы ходили на них, как люди идут на выступления Радзинского. Но филфак не окончил — был слишком непоседливым. Меня одолели личные передряги, и я ушел в «академку». До журналистики попробовал себя в разных профессиях — был подмастерьем, сторожем и даже хотел уйти в армию, несмотря на отсрочку. После журналистского периода увлекся издательским бизнесом и окончил питерский Институт печати.

— Мешало ли тебе это творить?

— Я пытался найти в литературе новый метод, но не получалось. Зато удалось придумать фестиваль «Плюсовая поэзия», который до сих пор проходит на ура. Четыре года назад я переехал в Санкт-Петербург и, хотя зарекся работать журналистом, устроился на Пятый канал криминальным репортером.

Хотел больше сил уделять творчеству. Мне казалось, что на ТВ нужно меньше писать, но я проработал всего год, мне было тяжело. Получив диплом, устроился в большую типографию, а по вечерам занимался тем, что работал над книгой «Поэты первой мировой». Я заинтересовался этой темой, прочитав стихи Георга Гейма и мемуары Эрнста Юнгера «В стальных грозах». Меня в них поразила сила достоверности, но, когда стал искать стихи, понял, что в русском переводе их нет. Поэтому сначала я перевел Гейма, а, получив грант Гете-института, начал работу над антологией. Издать ее было непросто, но благодаря поддержке Александра Переверзина и Владимира Козлова все получилось. Книга пошла хорошо, и сейчас ее можно приобрести в интернет-магазинах.

— Почему ты переехал в Америку, а не Германию?

— Так сложилось. Я выбрал Америку, потому что там живет мой друг с университетских времен Иван Смирнов. Уехал не за заработком — мы с женой в Питере хорошо зарабатывали. Но захотелось посмотреть другой мир, чужой уклад. Пока получается — прошло уже полтора года, как мы в Лос-Анджелесе.

Оторвавшись от дома, я написал повесть о Вологде конца 1980-х, но сил порою на творчество не хватает. Америка — это не социальное государство, здесь все платное. Все платят врачам безумные деньги, и они, конечно, спасут, но потом возьмут с тебя последнее. Недавно мужчину спасли после укуса змеи, доставили его с маршрута на вертолете, а потом выставили счет в 180 тысяч долларов.

А еще в Лос-Анджелесе очень жарко! Поэтому Америка — не последняя остановка в наших путешествиях. Хочется в Германию, а еще больше — в нашу деревню Займище Грязовецкого района, где у нашей семьи дом. Печку натопил, за окном — свинец дождя, муха бьется в стекло… Вот так мне хорошо!

Марина Чернова

168
0
Похожие статьи
  • 30 января' 19 | Люди

    Череповецкий учёный Андрей Барков открыл новый минерал — огнитит.

    241
    0
  • 02 октября' 19 | Увлечения

    За рукоделием директор Спасского ФОКа и мать известной баскетболистки Елизаветы Крымовой Анна Алексеевна может проводить даже ночи. И для неё неважно, что на следующий день надо идти на работу, — так сильно захватывает ее рукотворное творчество.

    111
    0
  • 06 февраля' 19 | Культура

    Почему жители одной деревни, как правило, дальние родственники друг другу? Имеет ли население восточных районов Вологодчины польские корни? Кто из вологжан является потомком обрусевших калмыков? На вопросы «Премьера» отвечает заместитель директора Государственного архива области по научной работе Илья Кузнецов.

    836
    0
  • 27 февраля' 19 | Персона

    Суды Вологодской области рассматривают всё больше «рутинных» дел, и задача законодателей — разгрузить их от этого, считает председатель Вологодского областного суда.

    482
    0
  • 11 декабря' 19 | Персона

    Известный писатель, общественник, политик Захар Прилепин посетил Вологду. Он рассказал о том, как служба на Донбассе помогла ему понять Есенина, как воспитать у детей любовь к чтению и что для него значит ситуация в Шиесе.

    257
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.