Должник из сгинувшей деревни-2

№40 (1141) от 8 октября 2019 г.

Памятник Хабарову в Великом Устюге не имеет прямого отношения к малой родине землепроходца: родился и жил Ерофей Павлович далеконько оттуда. | Фото с сайта cont.ws

Новые находки в архивах позволили уточнить некоторые спорные моменты касательно жизни и родни знаменитого исследователя Приамурья Ерофея Павловича Хабарова, чьё имя носят город и целый край.

В частности, выяснилось, что долгое время заблуждались относительно истинного места его рождения.

Сам он называл себя устюжанином, поскольку родом был из Устюжского уезда. А это огромная территория на стыке современных Архангельской, Вологодской и Кировской областей... Памятник ему открыли в 2015 году в Великом Устюге, но родился Ерофей Павлович отнюдь не там.

Напомним, о судьбе и походах покорителя Приамурья «Премьер» вкратце рассказал в номере от 3 сентября 2019 года. Опираясь на исследования историков Михаила Белова и Фёдора Сафронова, мы указали как место рождения будущего землепроходца деревню Дмитриево нынешнего Нюксенского района Вологодской области. Но это заблуждение!

Документально опровергнуть его удалось москвичу, автору монографии о Хабарове Георгию Красноштанову, а недавние изыскания котласских историков и краеведов подтвердили правоту исследователя.

История одного заблуждения

Доктор исторических наук из Ленинграда Михаил Белов первым ещё в 1970-х годах начал разыскивать малую родину Хабарова. И в архиве древних актов «раскопал» материалы Мангазейской приказной избы о Хабарове: «Он, Ярофейко, живёт в Устюжском уезде в Вотложенском стану в деревне Дмитрееве, а брат де его Микифорко живёт в Усольском уезде Соли Вычегодцкие в деревне на Ленивице» (стилистика документов здесь и далее сохранена).

И вот тут-то, как объясняет котласский историк Сергей Гладких, Михаил Белов допустил принципиальную ошибку, обнаружив на старинных картах XVII века деревню Дмитриево недалеко от села Нюксеница и прекратив дальнейшие поиски.

«Ленинградский исследователь проигнорировал информацию о том, что деревня Дмитриево находилась на территории Вотложенского стана, — рассказывает Сергей Гладких. — Тогда как найденная им на карте деревня относилась к Нюксенской волости. Тем не менее эта точка зрения была признана научным сообществом как единственная, имеющая документальное подтверждение, и поэтому даже в Большой советской энциклопедии можно прочесть, будто бы Хабаров родился в деревне Дмитриево нынешнего Нюксенского района Вологодской области».

Кто ж не поверит энциклопедии? Вот поэтому-то в нюксенском Дмитриеве (а это примерно в полутора сотнях километров от реальной малой родины Хабарова, о которой пойдёт речь далее) раньше стоял памятный знак, а в соседней деревне Красавино в 2015 году установили роскошный монумент в честь Хабарова...

На самом же деле Вотложенский стан — это часть современного Котласского района Архангельской области, на протяжении нескольких веков входившая в состав Устюжского уезда.

Раритет из архива — автограф Ерофея Павловича. В отличие от брата Никифора, землепроходец «разумел грамоте».

В поисках малой родины

Георгий Красноштанов в писцовой книге за 1645 год обнаружил следующее: «Деревня Выставок Ленивцов, а в ней крестьяне: Микифорко Павлов Хабаров з братом с Ерофейком». Эта информация подтверждалась и записью в переписной книге 1647 года. Больше никаких упоминаний о малой родине Хабарова не нашлось.

«Выставок» в то время — новое поселение или отдельный двор на земле, приписанной к старому населённому пункту (в данном случае — к деревне Ленивица). Сейчас этой деревни нет, но если судить по картам начала XX века, она располагалась буквально в 200-300 метрах от ныне существующей деревни Курцево, в советское время сильно разросшейся и «поглотившей» старые поселения, в том числе Ленивицу и Ленивцев Выставок.

Но родился Ерофей Хабаров всё же не в Ленивцевом Выставке. Об этом свидетельствует его прозвище, часто фигурирующее в документах, — Святицкий. Прозвище в те времена — это обычно указание на место рождения человека. И Георгий Красноштанов в писцовой книге Устюжского уезда за 1626 год среди перечня вотложемских деревень наткнулся на следующее: «Пустошь, что была деревня Святица на реке Двине. А дворы и треть ее поль сметало рекою Двиною». А позже были обнаружены документы, подтверж­давшие проживание в Святице Павла Хабарова — отца землепроходца.

Следовательно, именно уничтоженная паводком деревня Святица и являлась малой родиной Ерофея Хабарова!

Сопоставив старые карты Устюжского уезда и современного Котласского района Архангельской области, историк Сергей Гладких установил, что Святица находилась на нынешнем Вотложемском лугу — обширной пойменной зоне на правом берегу Северной Двины. Эти выводы подтвердила и специально организованная экспедиция по тем местам.

Теперь материалы о малой родине исследователя Приамурья включены в экспозицию Котласского краеведческого музея. «Но «перетягивать» память о выдающемся землепроходце между современными областями глупо и некрасиво, — полагает Сергей Гладких. — И в том, что памятник ему стоит в Великом Устюге, ничего дурного я не вижу: чем больше памятников, тем лучше».

Фрагмент памятника Ерофею Павловичу в городе, названном в его честь —  Хабаровске. | Фото с сайта khab-open.ru

По-братски

Итак, с малой родиной разобрались. Теперь давайте разбираться с роднёй землепроходца.

Несмотря на то, что во многих документах братья Хабаровы упоминаются вместе, Никифор (или Микифор — встречается и такое написание) остался в тени Ерофея. Кстати, был у них ещё один брат, очевидно, старший — Никита (Микитка), но о нём информации почти нет. Была и сестра, имя которой история вообще не сохранила; известно лишь, что её выдали замуж за Филиппа Кривошапкина из деревни Петрилово, коему она родила сына, — будущего продолжателя похода Хабарова по Амуру казачьего атамана Артемия Петриловского (тоже, кстати, прозвище — от деревни, где он появился на свет).

Когда Святицу разрушило паводком, отец будущего землепроходца сначала перебрался к сыну Никите в соседнюю деревню Дмитриево, а потом купил двор в расположенной поблизости деревне Ленивцев Выставок и жил там с другим сыном — Никифором.

Историк Сергей Гладких считает, что, возможно, толчком, побудившим Ерофея и Никифора отправиться в Сибирь, стали не столько долги, сколько смерть отца. Точно не установлено, в каком году братья отправились странствовать, но достоверно известно, что в 1626-м или 1627 году Никифор пребывал в Еренском городке (Яренске), где устюжанин Козьма Печёнкин пытался взыскать с него долг брата Ерофея. Никифор отбился от нападок, заявив, что ведёт с братом раздельное хозяйство...

Аналогичная история приключилась с Никифором и в Сольвычегодске, что позволяет предположить, что в Сибирь братья отправились не вместе, а порознь.
Позже, когда Ерофей собрался покорять Приамурье, Никифор не составил ему компанию, поскольку на нём осталось всё хозяйство и запутанные финансовые дела брата. Лишь летом 1651 года Никифор по следам Ерофея прибудет на Амур в составе очередного отряда, набранного в Якутске...

Когда Ерофея увезли на судилище в Москву (напомним, Хабарова обвинили в том, что давал заведомо ложную информацию об амурских богатствах, дабы снарядить туда поход), младший брат вновь остался «на хозяйстве». Последний раз его имя встречается в челобитной 1655 года, где он вместе с другими соратниками Ерофея просил позволения довезти «государеву соболиную казну» до Москвы. Однако в Москву он не прибыл — в отличие от племянника Артемия Петриловского, чья карьера пошла в гору: тот возвращается в Сибирь и в 1663 году уже числится казачьим атаманом Якутского острога, где под его надзором, по иронии судьбы, оказывается... любимый дядюшка Ерофей Павлович, с которого якутские воеводы взыскивали долги за амурский поход. Артемий Петриловский умрёт в 1669 году. Дальнейшая же судьба Никифора неизвестна.

«Никифор всегда был вторым в этом братском тандеме, — подводит итог Сергей Гладких. — Но тем вторым, без которого становится бессмысленной деятельность первого: ведь без наличия последователей заглохнет любое, даже самое великое дело».

Что касается шедшего по следам Ерофея племянника Артемия, то провидение, связавшее их судьбы, сохранит тесные связи родственников-землепроходцев и в следующем поколении. Известно, например, что сын Ерофея Хабарова Андрей некоторое время проживал в Якутске в доме сына Артемия Петриловского Василия...

Впрочем, как говорится, это уже совсем другая история.

Автор благодарит за помощь историка Сергея Гладких (Котлас)

688
0
Похожие статьи
  • 06 февраля' 19 | Культура

    Почему жители одной деревни, как правило, дальние родственники друг другу? Имеет ли население восточных районов Вологодчины польские корни? Кто из вологжан является потомком обрусевших калмыков? На вопросы «Премьера» отвечает заместитель директора Государственного архива области по научной работе Илья Кузнецов.

    827
    0
  • 07 августа' 19 | Культпросвет

    Со зданием железнодорожного вокзала города Вологды связано немало загадок и захватывающих историй.

    677
    0
  • В Ивановском художественном музее можно увидеть диковинный для российской глубинки экспонат — настоящую египетскую мумию, привезённую из Каира в 1913 году по заказу местного фабриканта и коллекционера Дмитрия Бурылина. Но в том же году у Бурылина появилась и вторая мумия, которая затем исчезла при странных обстоятельствах. По одной из версий, владелец попытался спрятать её... на Вологодчине.

    196
    0
  • 09 января' 19 | Чтобы помнили

    Фотография 6-го выпуска Вологодского епархиального женского училища 1900 года была найдена в Лазаревском храме. Имена и судьбы людей, на ней изображённых, продолжают выяснять настоятель Лазаревского храма протоиерей Алексий Сорокин и прихожанка храма Анна Широких.

     

    596
    0
  • 14 августа' 19 | След в истории

    В биографии нашего выдающегося земляка Валерия Гаврилина немало трагического, без чего, впрочем, невозможен был бы его творческий взлёт.

    267
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.