Корина против сколуши

№7 (1108) от 19 февраля 2019 г.

Дом в деревне Борбушино, более тридцати лет радушно принимающей филологов.

Зачем учёные исследуют говор в отдалённых деревнях Вологодчины? Какую роль сыграл бывший летчик в изучении вологодских диалектов? Что такое корина и сколуша?

На эти вопросы отвечает доктор филологических наук, профессор кафедры журналистики и теории коммуникации Вологодского гос­университета Елена Ильина.

— Елена Николаевна, вы руководите проектом «Речевая культура Белозерья в фокусе говора одной деревни». Что это за проект, какова его цель?

— Цель проекта — получить и систематизировать информацию о говоре жителей деревни Борбушино Кирилловского района. Сюда вот уже более тридцати лет ездят наши диалектологические экспедиции, которые записывают образцы местной речи, изучают особенности бытовой и духовной культуры. Это исследование позволяет лучше изучить речевую культуру Белозерья и процесс ее развития.

— Почему были выбраны именно Белозерье и Борбушино?

— Белозерье сыграло значительную роль в истории и культуре нашей страны. В древнерусских летописях оно упоминается в связи с призванием на Киевское княжение варягов, в средние века здесь активно развивались ремес­ло и торговля. Кроме того, Белозерье считается центром духовной книжности, сосредоточенной в стенах Кирилло-Белозерского и Ферапонтовского монастырей. Эта территория обладает самобытной речевой культурой и именно поэтому давно привлекает ученых-лингвистов.

Что касается Борбушина, то на ее месте могла быть любая другая из местных деревень, переживших социально-экономические и культурные преобразования ХХ века. Просто так уж сложилось, что борбушинский говор студенты и преподаватели нашего вуза записывают уже более трех десятилетий.

За это время Борбушино из достаточно многолюдного сельского поселения, на территории которого находились животноводческий комплекс, медпункт, отделение связи, школа, клуб и магазин, превратилось в заброшенную деревушку, постоянное население которой не превышает десяти человек.

Николай Павлович Шабров, словарь личности которого сделали в 2016 году.

— Что из себя представляет процесс сбора информации?

— Мы начинали собирать материал, беседуя с жителями деревни. Летом приезжали в экспедицию, а после расшифровывали и систематизировали собранное. Эта методика уместна и сейчас, когда в летний период в родные дома приезжают дети, внуки и правнуки борбушинских старожилов.
Достаточно много информации мы получаем и в процессе переписки с «бывшими борбушинскими», взаимодействуя с ними уже по их новым адресам: в Вологде, Череповце, Кириллове, других городах России.

Неоценимый вклад в копилку материалов вносят биографические рассказы, которые пишут некоторые наши информанты, заинтересованные в том, чтобы сохранить и передать следующим поколениям память о родной деревне.

— Меняется ли с течением времени говор жителей деревни?

— Если иметь в виду конкретного жителя, то это зависит от времени, прожитого им в родной речевой среде, от того, какое образование и какую профессию он получил, зависел ли его личный, профессиональный, социальный успех от качества речи.

Если же говорить о речи деревенских жителей в целом, то уже в середине ХХ века ученые-диалектологи диагностировали, что под воздействием СМИ в Борбушине произошел переход от исконного диалекта к полудиалекту.

— Что дает науке изучение региональных вариантов русской речевой культуры?

— Любой вариант, как известно, представляет некую разновидность чего-то общего. Поэтому, изучая разные варианты русской речевой культуры, можно более отчетливо понять, что в ней является главным, обязательным, общим для всех людей, говорящих на русском языке, а что имеет «региональную прописку».

Изучение местной речевой культуры позволяет также осмыслить феномен региональной идентичности: как и почему человек ощущает себя жителем той или иной местности, каким образом он это выражает.

Уроженка Борбушина Ольга Павловна Мышина постояно помогает филологам в изучении местного говора.

— Вологодская область — довольно большой регион. Насколько отличается речевая культура различных ее территорий друг от друга?

— Хоть наша область и велика, но все ее говоры: онежские в Вытегре, ладого-тихвинские в Чагоде и Бабаеве, белозерско-бежецкие в Череповце и Кириллове, вологодские в Тотьме, Нюксенице и Великом Устюге — относятся к одному севернорусскому наречию, сформировавшемуся на основе древненовгородского диалекта в сочетании с ростово-суздальскими чертами и местными речевыми новациями.

Различия между говорами, безусловно, есть: для специалиста они весьма значительны, а вот обывательское ухо обычно слышит нас, северян, одинаково, цепляясь за самые яркие фонетико-интонационные черты: оканье, еканье, певучую местную интонацию.

— То есть можно по каким-то речевым признакам отличить жителя одного района от жителя другого?

— Можно, если всерьез и долго этим заниматься. Жители разных территорий пользуются в бытовых ситуациях разными словами, неодинаково произносят некоторые звуки и грамматические формы. В этой связи вспоминается один случай из студенческой экспедиции в Борбушино. Студентка Надя, уроженка одного из восточных районов области, показывая на картофельные очистки, стыдила местного паренька, помогавшего ей чистить картошку: «Ты, Олёшка, дерёвня! Какая это корина — это ж сколуша!»

Образец борбушинской бытовой культуры.

— В ряде публикаций СМИ упоминалось о том, что ВоГУ формирует электронный словарь языковой личности. Что это такое?

— Словарь языковой личности фиксирует особенности речевой деятельности одного человека. Это может быть писатель, и тогда появляются «Словарь языка А.С. Пушкина» или «Лермонтовская энциклопедия». Это может быть человек определенных убеждений или конфессиональной принадлежности — и тогда издается словарь Агафьи Лыковой, живущей в хакасской тайге.

С 70-х годов ХХ века стали создаваться словари жителей различных регионов России. Мы уже более тридцати лет взаимодействуем с уроженцем Борбушина Николаем Павловичем Шабровым. Окончив деревенскую школу, он получил образование в лётном училище, окончил Московский авиационный институт и работал пилотом гражданской авиации, а выйдя на лётную пенсию, вернулся на свою малую родину.

Сначала студенты беседовали с Николаем Павловичем в экспедициях, а в последние годы он стал писать биографические рассказы: о своей деревне, родственниках, односельчанах, детстве, профессиональной жизни, встречах с интересными людьми.

Результаты изучения речевого контента, созданного Николаем Шабровым, не только позволили создать опыт словаря языковой личности, но и вошли в уникальный научный проект «Народная речь Вологодского края: опыт мужского речевого портрета», в котором ученые Вологодского и Череповецкого университетов характеризуют гендерные особенности локальной речевой культуры.

305
0
Еще статьи этого автора
Похожие статьи
  • 02 октября' 17 | Культура, Ликбез

    Почему вологжан называют вологжанами, а не «вологодцами», и как правильно назвать жителей разных районов нашей области? На эти отнюдь не простые вопросы дают ответы лингвисты.

    425
    0
  • 26 октября' 17 | Культура, Ликбез

    Как правильно называть жителей районов Вологодской области? «Премьер» продолжает исследовать тему названий и самоназваний жителей вологодских районов.

    521
    0
  • 10 июля' 19 | Страна и мы

    К какому варианту говора, московскому или питерскому, склоняются вологжане и где пролегает на Вологодчине «лексическая граница» между Санкт-Петербургом и Москвой?

    233
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.