Медицинская беспомощность

№46 (1199) от 24 ноября 2020 г.

Лечение в моногоспитале вызвало у Александра Хрястунова сильный стресс, а его организм оказался истощён от голодания и обезвоживания. | Фотографии из личного архива семьи Хрястуновых

В вологодских моногоспиталях отсутствуют условия для лечения людей с ограниченными возможностями здоровья. В результате инвалид, попавший туда, сталкивается с большим количеством серьёзнейших проблем.

В этом пришлось на личном опыте убедиться вологжанину Александру Хрястунову, которого в минувшем октябре госпитализировали в монопрофильный стационар Вологды с диагнозом COVID-19.

У 43-летнего Александра очень редкое генетическое заболевание — спинальная мышечная атрофия, которая проявилась у него уже в раннем детском возрасте.

«У меня нарушена работа мускулатуры, то есть мышцы слабые и со временем функционируют всё хуже. Фактически работают только мышцы рук и лица. Искривлён позвоночник, деформированы внутренние органы, и с каждым годом болезнь постепенно прогрессирует», — объясняет он.

Из-за наличия такой патологии основную часть своей жизни мужчина проводит в коляске, а дома у него есть приспособления для того, чтобы облегчить подобное существование.

Поэтому, когда он заболел коронавирусом и попал в вологодский моногоспиталь на Советском проспекте, то сразу же столкнулся с множеством трудностей, на несколько дней превративших его пребывание в этом медучреждении в настоя-
щий ад.

Боль и крики

«Как только мой тест на ковид показал положительный результат, мы вызвали скорую. Бригада приехала через четыре часа, меня положили на носилки и повезли делать компьютерную томографию лёгких, — вспоминает Александр. — КТ показала, что лёгкие поражены больше, чем на 50 %, и я был отправлен в стационар, в «красную» зону».

В моногоспитале на Советском проспекте пациента с ограниченными возможностями здоровья положили на кровать в коридоре и оставили одного.

«Я лежу, жду, что будет дальше, — рассказывает он. — Прождал минут 45, но никто так и не появился. И тогда я закричал: «Про меня-то не забыли?» Только после этого мне нашли палату, переложили туда на кровать и опять оставили одного. «Ну, что делать? — думаю. — Надо спать». И кое-как уснул».

Проснулся Александр Хрястунов из-за того, что у него болело всё тело.

«Сам двигаться я не могу, меня нужно регулярно поворачивать. Дома это делают родственники, и проблем не возникает, — пояснил «Премьеру» вологжанин. — В госпитале же никто этим заниматься не стал. В результате, когда я проснулся, у меня всё затекло и болело до такой степени, что перед глазами пошли пятна».

Никого из работников больницы в тот момент рядом не было, поэтому звать на помощь пришлось снова. Выяснилось, что пришедшие на зов медицинские сёстры вообще не в курсе, какой уход нужно осуществлять за такими больными, и Александр сам проинструктировал их, как именно и с какой периодичностью его нужно поворачивать.

Без еды и воды

Вопрос с регулярной сменой положения тела удалось решить, однако все остальные трудности только начались.

«Когда медсёстры сказали, что надо поесть, я возразил им: «Я тяжёлый, и у вас не каждый раз получается даже нормально меня повернуть. Представляете, что будет, если я захочу в туалет?» — говорит наш собеседник. — Меня спросили: «А дома ты как ходишь?» Я ответил: «Там у нас всё приспособлено, даже для туалета есть спецустройство, которое меня поднимает и опускает. Тут такого устройства нет, а на руках вы меня вряд ли унесёте».

В итоге, чтобы не создавать проблем себе и другим, новый обитатель моногоспиталя практически отказался принимать пищу. В течение суток он старался съедать лишь несколько ложек супа, а пил максимально мало — в основном раз в день по утрам.

Ещё одна сложность возникла с кроватью, на которой он лежал, — она оказалась слишком жёсткой для инвалида со спинальной мышечной атрофией. «Я попросил дать кровать помягче, потому что на этой долго лежать было невозможно. На следующий день мне подвезли каталку: «Мы перевозим тебя на другой этаж».

В новой палате, к удивлению Александра, на кровати оказался очень удобный противопролежневый матрас.

«Разные его участки надуваются и сдуваются по очереди, поэтому тело, когда лежишь, не затекает», — рассказал он.

Переезд

Тем не менее есть пациент по-прежнему отказывался, а пил мало, потому что условий для комфортного похода в туалет в имевшихся обстоятельствах по-прежнему не было. Помогало то, что основную часть времени он спал, лёжа под капельницей.

Через несколько дней такого существования организм больного оказался настолько истощён, что Александр почти не мог нормально говорить. Когда ему в очередной раз позвонила родная сестра Анна, то, услышав речь брата, пришла в ужас.

«Она была буквально в слезах: «Что с тобой сделали? Я сейчас разберусь и наведу порядок», — вспоминает он. — Видимо, её звонок сработал, потому что вскоре вокруг поднялась суматоха, и мне сказали, что к концу дня меня отвезут в другой госпиталь, который хорошо приспособлен для пребывания таких, как я».

Другим госпиталем стал монопрофильный стационар на улице Северной, открывшийся незадолго до того. Однако при переезде туда тоже возникла масса проблем.

«Условий нет»

Во-первых, инвалиду опять пришлось мучительно долго ждать скорую, лёжа в коридоре на кушетке-каталке. Во-вторых, в процессе его перемещения в автомобиль медработники госпиталя на Советском проспекте умудрились потерять сопутствующие документы, поэтому, попав в госпиталь на Северной, мужчина оказался всеми забыт и лежал на кушетке-каталке уже там, пока, отчаявшись, снова не напомнил о себе криком.

Наконец, на новом месте повторилась старая ситуация — пациента опять положили на жёсткую кровать, в прохладную палату, и он понял, что попал из огня да в полымя.

«К тому моменту я был в настолько плохом состоянии  (сыграли свою роль и голодание, и обезвоживание организма, и боль в затёкших суставах, и постоянный стресс), что буквально впал в истерику и со слезами начал просить позвонить своей подруге, которая тоже болела ковидом, чтобы её привезли ко мне в госпиталь, а то до следующего дня я вряд ли доживу. С большим трудом этого удалось добиться, она получила разрешение жить в моей палате, приехала и стала ухаживать за мной, чем спасла меня от страданий».

Чуть позже больному выдали кровать поудобнее — мягкую, механическую, с подъёмником.

«В моногоспиталях не хватает специальных электрических кроватей для инвалидов, — сообщила «Премьеру» сестра Александра Анна Хрястунова. — Отсутствуют там и мобильные кнопки вызова персонала. Кнопок вызова либо вообще нет, либо они находятся на стене в фиксированном виде и для таких людей, как мой брат, недоступны».

Пройдя курс лечения, Александр Хрястунов и его подруга были выписаны из стационара и благополучно вернулись домой. «Хотелось бы передать благодарность медсёстрам, которые за мной ухаживали, особенно Татьяне и Виктории, — отметил он. — Работа у них тяжёлая, и они там измучены больше всех. Но если говорить в целом, то могу уверенно сказать: условий для нормального лечения таких, как я, в моногоспиталях нет».

Большую помощь Александру Хрястунову оказала его сестра Анна, которая неоднократно обращалась к чиновникам с просьбами
помочь брату и обеспечить ему нормальные условия лечения.

 

— Назрела необходимость отрегулировать доступ специалистов по уходу за инвалидами в «красную» зону — как при госпитализации, так и на дому. Кроме того, медучреждения следует оснастить оборудованием, жизненно важным для пациентов с инвалидностью, — считает Анна Хрястунова. — Благодарю заместителя губернатора Ларису Владимировну Каманину за то, что она взяла ситуацию под свой контроль, в результате чего та стала развиваться в благоприятном направлении.

500
0
Похожие статьи
  • 19 октября' 20 | Коронавирус

    В Вологодской горбольнице № 2 на Северной отменили плановые операции.

    310
    0
  • 13 ноября' 20 | Об этом говорят

    Всю минувшую неделю вологодский моногоспиталь на Советском проспекте лихорадило. Пациенты выкладывали в Сеть фото и видео из «красной» зоны, жалуясь на условия содержания, а чиновники были вынуждены искать объяснения происходящему.

    223
    0
  • 19 мая' 20 | Медицина

    Моногоспиталь для лечения коронавирусных больных в Вологде уже почти два месяца остается невостребованным. Дорогостоящее оборудование, закупленное в том числе на средства компании «Плейрикс», простаивает, а всех заболевших по-прежнему везут в Череповец.

    643
    0
  • 06 октября' 20 | Коронавирус

    Режим повышенной готовности в Вологодской области продлевается до 30 ноября. Школьники уходят на досрочные двухнедельные каникулы. К работе возвращаются волонтеры.

    288
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.