Алексей Кудряшов

e-mail: alex-kudr@mail.ru

Невозможный вариант

№12 (1165) от 31 марта 2020 г.

Помимо изу­чения леса и подготовки «почтовых ящиков» для связи, будущие белозерские подпольщики постигали и азы партизанской войны — в частности, учились минировать мосты и железную дорогу. | Фото с сайта avatars.mds.yandex.net

Летом 1941 года в районах Вологодчины в обстановке строжайшей секретности началась подготовка кадров для подпольной работы на случай вероятной оккупации наших территорий фашистами. Даже родственникам будущих подпольщиков не полагалось знать, чем те занимаются.

Одной из стратегических целей фашистов Вологда впервые была названа ещё за два месяца до нападения на СССР.

Директива против директивы

29 апреля 1941 года во время обсуж­дения в ставке Гитлера плана «молниеносной войны» «Барбаросса» (директива № 21) зашла речь о послевоенном административном устройстве оккупированного Советского Союза, и в протоколах указано, что после ухода войск главной инспекцией фашистского аппарата на Северо-Западе станет Ленинград («Холштейн») с хозяйственными командами в городах: Вильнюс, Рига, Таллин, Ленинград, Мурманск и филиалами в Вологде (!) и Архангельске.
Крайним сроком захвата Вологды Гитлер называл май 1942 года. Помощниками вермахта в оккупации нашего региона фюрер назначил союзников — финские войска.
Как известно, немецким планам не суждено было сбыться, но Вологодчине пришлось подготовиться к самому пессимистичному сценарию развития событий. По плану

Ставки Верховного главнокомандования в случае оккупации наша область должна была перейти к партизанской войне.

22 июня гитлеровцы напали на нашу страну, а уже 29 июня появилась Директива Совнаркома Союза ССР и ЦК ВКП(б) «О мобилизации всех сил и средств на разгром фашистских захватчиков», пункт 5 которой гласил: «В занятых врагом районах создавать партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога складов и т. д. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия. Для руководства всей этой деятельностью заблаговременно, под ответственность первых секретарей обкомов и райкомов создавать из лучших людей надежные подпольные ячейки и явочные квартиры в каждом городе, районном центре, рабочем поселке, железнодорожной станции, в совхозах и колхозах».

На Вологодчине к выполнению этой директивы приступили в августе 1941-го.

Секретная миссия

До сих пор материалы о подготовке подпольщиков на Вологодчине остаются засекреченными, так что о ходе этой работы можно узнать разве что из воспоминаний, собранных в книге вологжанина Григория Акиньхова «Вблизи фронтов».

Иван Фёдорович Погодин в 1941 году работал директором базы «Заготзерно» в Белозерске. Вот что он рассказывает:

«В августе я был в командировке по колхозам Георгиевского сельсовета, в 90 километрах от Белозерска. Там меня по телефону разыскал первый секретарь райкома партии Николай Васильевич Самойлов и потребовал без промедления прибыть в Белозерск по неотложному делу. Приехал я. Разговор происходил наедине. Николай Васильевич говорит: есть, мол, предварительное решение дать очень серьезное партийное поручение — предлагалось в случае оккупации района вести разведывательную работу. В случае оккупации я должен наблюдать за немцами, полученные разведданные сообщать по рации. Предполагалось наладить связь и с партизанами, которые должны были действовать в Белозерском районе».

Стоит отметить, что у  родной для связной Лидии Нивиной Бубровской школы, что в Белозерском районе, героическая история: в ней, основанной аж в 1878 году, учились сразу два Героя Советского Союза — Иван Прокопьевич Малозёмов (в 21 год ушёл на фронт, в марте 1943-го погиб в Сталинграде) и Александр Михайлович Никандров (в 1941-м направлен на Северный флот, затем участвовал в советско-японской войне 1945 года; его имя присвоено сейчас школе). | Фото из архива «Премьера»

 

После этого разговора Погодина отправили в 15-дневную командировку якобы по делам дорожного строительства (версия для родных и коллег), а на самом деле — для изучения Голодаевских лесов и оборудования будущих точек связи и «штаба». Но первым делом познакомили с будущей связной — учительницей Бубровской школы Лидией Александровной Нивиной.

По словам Лидии Александровны, она была в начале войны секретарём парторганизации и поэтому оказалась в помощниках у Погодина: «Знала, что он ездил по району, подбирал секретные базы для нелегальной работы. Партизанский отряд в случае оккупации района должен был развернуться из истребительного батальона» (это подразделение из местных жителей и кадровых военных для поисков и обезвреживания вражеских парашютистов).

Ну, «секретные базы» — это, конечно, громко сказано. Всего в группе Погодина было шесть человек. У каждого, как вспоминал сам Погодин, был свой участок в лесу и прикреплённые сельсоветы. И каждый оборудовал в глухомани «штаб» (вернее, просто землянку с запасом консервов) да «почтовые ящики» — дупло, россыпь камней, куда подпольщики могли прятать записки, чтобы потом связная доставляла их в партизанский отряд.

В начале ноября немцы захватили Тихвин, и белозерские «нелегалы» перебазировались в лес. Все были уже вооружены и готовы к любому развитию событий. Но вступать в схватку так и не пришлось: в декабре наши войска освободили Тихвин, ситуация на фронтах изменилась, и Погодина отозвали обратно на старое место работы. Впрочем, там он тоже не задержался — ушёл на фронт...

К бою готовы

Осенью 1941 года активно готовились к подпольной работе в условиях возможной оккупации не только в Белозерском, но и в других районах области. Особенно это коснулось Вытегорского — единственного места Вологодчины, докуда докатились-таки боевые действия. Сохранились, в частности, документы о том, как должны были действовать в районе подпольные и партизанские группы с указанием способов связи с ними и мест потайных складов с продовольствием в лесу. Да что там говорить, если в самой Вытегре под видом местных жителей начали оседать на частных квартирах кадровые армейские разведчики...

Продолжалась подготовка к работе в подполье и в 1942 году. Как свидетельствует журналист Григорий Акиньхов, в марте было утверждено руководство потенциального партизанского отряда Вашкинского района с диверсионным подразделением, а в мае — состав двух партизанских отрядов и истребительной группы в Череповце...

Кодовое имя — Сержант

Разумеется, уроженцы Вологодчины активно участвовали и не в «учебном», а в настоящем подполье — в Белоруссии, на Смоленщине, на севере СССР, на южных направлениях. Вот только если по «северным» подпольщикам сохранились какие-то документы, то участие многих вологжан в подполье, например, Крыма до сих пор остаётся тайной за семью печатями.

Так, в Крыму зимой 1942 года особо отличилась  группа некоего Серова, известного у партизан под прозвищем Сержант. Мобильный отряд «экспроприировал» у врага продовольствие и устраивал диверсии на дорогах. Только в феврале группа Сержанта уничтожила два бензовоза, изрешетила пулями штабной автомобиль, в котором ехал важный гитлеровский чин, и разгромила отряд карателей... Но в конце месяца группа отправилась за продовольствием и... бесследно пропала.

О её судьбе стало известно лишь совсем недавно, когда к 65-летию освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков нынешние власти Украины рассекретили часть архивов, в том числе трофейных. Оказалось, что группа Сержанта была захвачена в сторожке — пришедших на постой подпольщиков за два мешка муки выдал полицаям сам хозяин дома. Один из группы не выдержал пыток и рассказал карателям о деятельности отряда. От него же фашисты узнали, что Сержант — это бывший военнослужащий Приморской армии Алексей Серов, «родом откуда-то из-под Череповца» (!). Через два дня интенсивных допросов Сержанта и его группу казнили: нанесли несколько поверхностных штыковых ран, а потом ещё живыми сбросили в глубокий колодец…

Вологодчину гитлеровцам захватить так и не удалось, иначе подобные случаи имели б место и на нашей земле — вологжане были к этому готовы.

 

297
0
Похожие статьи
  • 12 декабря' 19 | Нераскрытые тайны

    В феврале 1925 года в Вологду в рекламных целях прилетел самолёт «юнкерс» — невероятная диковина для наших краёв. Пилотировавший его Василий Копылов позже примет участие в экспедиции вокруг света, два года спустя вновь побывает на Вологодчине, но после этого... бесследно исчезнет.

     

    398
    0
  • 31 октября' 19 | След в истории

    Осенью 1944 года в лесу близ Вожеги, ориентируясь на зажжённые костры, приземлились три немецких парашютиста, засланные на Вологодчину с особым заданием. Но их поджидал сюрприз...

    1398
    0
  • Свою коллекцию шедевров, положившую начало Эрмитажу, императрица Екатерина II не смогла бы собрать без помощи дипломата Андрея Белосельского — потомка наших белозерских князей.

     

    194
    0
  • 06 ноября' 19 | След в истории

    В обширном творческом наследии автора «Московского дворика», «Заросшего пруда» и «Бабушкиного сада» есть лишь одна картина, имеющая непосредственное отношение к Вологодчине. Но история её — сплошная загадка.

    250
    0
  • 09 января' 19 | Чтобы помнили

    Фотография 6-го выпуска Вологодского епархиального женского училища 1900 года была найдена в Лазаревском храме. Имена и судьбы людей, на ней изображённых, продолжают выяснять настоятель Лазаревского храма протоиерей Алексий Сорокин и прихожанка храма Анна Широких.

     

    728
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.