Алексей Кудряшов

e-mail: alex-kudr@mail.ru

Пахом шутить не любит

№44 (1145) от 5 ноября 2019 г.

Так выглядел «Секретный дом», он же Алексеевский равелин, в конце XIX века ещё до того, как был разрушен. | Фото с сайта akamaihd.net

Как заговор вологодского конвоя едва не привёл к краху Российской империи.

В декабре 1880 года перевербованный вологодский охранник секретной тюрьмы встретился с петербургским студентом, знавшим его под кодовым именем Пахом, и передал зашифрованную записку от «арестанта №5». Последовавшие затем события привели к убийству императора Александра II и грандиозному скандалу в жандармской среде, подмочившему репутацию невозмутимого вологодского конвоя, который, как известно, шутить не любит.

Год спустя 68 человек, нёсших службу в Алексеевском равелине Петропавловской крепости, были арестованы. Когда о произошедшем доложили Александру III, государь начертал на докладной записке: «Более постыдного дела для военной команды и её начальства, я думаю, не бывало до сих пор».

Тогда ещё никто не догадывался, что за действиями оконфузившейся стражи стоял всего один человек — тот самый узник №5, которого она должна была стеречь.

Секретная тюрьма

В Петропавловской крепости Санкт-Петербурга некогда была тюрьма, о жизни которой не ведали даже служившие в крепости. Охранникам, набираемым из глухих северных губерний, запрещалось знать, кто сидел в этом узилище.

«Для заключения в эту наисекретнейшую тюрьму и для освобождения отсюда нужно было повеление царя, — свидетельствует историк Павел Щёголев (1877-1931). — В камеру мог входить только смотритель и только со смотрителем кто-либо другой. Попадая в эту тюрьму, заключённые теряли свои фамилии и могли быть называемы только номером. Когда заключенный умирал, то тело его ночью тайно переносили из этой тюрьмы в другие помещения крепости, чтобы не подумали, будто в этой тюрьме есть заключённые...»

Эта тюрьма — Алексеевский (названный в честь отца Петра I Алексея Михайловича) равелин Петропавловской крепости.

Вообще равелином называется вспомогательное фортификационное сооружение, которое возводят между бастионами крепости и крепостным рвом. История превращения Алексеевского равелина в потайное место заключения начинается с 1769 года, когда в нём была построена деревянная тюрьма. Лишь много позднее, в 1797 году, она превратилась в каменное узилище на 20 камер, которое стали именовать «Секретным домом». Именно там ожидали своей участи декабристы, народовольцы и прочие бунтари. Именно там Чернышевский писал свой знаменитый роман «Что делать?», а Достоевский ожидал окончания следствия.

Алексеевский равелин и по сей день существует в Петропавловской крепости, вот только секретная тюрьма, носившая его имя, в 1895 году была разрушена, а проток Невы, создававший остров, на котором она стояла, засыпали землёй, дабы ничто не напоминало о былом позоре.

Ведь именно там разгорелся самый крупный в истории учреждений такого рода скандал, в который оказались вовлечены вологжане.

 

Анархист, террорист и убийца Сергей Нечаев (на снимке) стал прототипом главного героя романа Достоевского «Бесы» Петра Верховенского. | Фото с сайта ruposters.ru

Ошибка Варлама Шаламова

В книге знатока освободительного движения в России писателя-вологжанина Варлама Шаламова «Четвёртая Вологда», впервые опубликованной в 1994 году, есть любопытный пассаж, имеющий непосредственное отношение к нашей теме.

«Я был поражён, читая в «Былом» протоколы «дела Нечаева» — подготовку его уникального побега из Шлиссельбурга, — пишет Шаламов. — Вся охрана Шлиссельбурга — а её судили за подготовку побега Нечаева — состояла из вологжан... Заговор был раскрыт, солдаты осуждены военным судом — протоколы их допросов печатались в «Былом».

Известный шаламовед Валерий Есипов, комментируя эти строки, указывает, что писатель, очевидно, по памяти пересказывает факты, почерпнутые из №7 журнала «Былое» (первый ежемесячный журнал по истории освободительного движения в России. Его начали издавать в 1904 году в Лондоне и Париже, затем журнал выходил в Петербурге, а после десятого выпуска был запрещён. — Прим. авт.) за 1906 год. На самом деле Шаламов ошибся: Нечаев содержался не в Шлиссельбурге, а как раз в Алексеевском равелине Петропавловской крепости, и охрану его составляли не только уроженцы Вологодчины, но и других северных губерний (впрочем, из последующих изданий «Четвёртой Вологды» вторая часть комментария — про охрану и собственно фигуру Нечаева — таинственным образом исчезнет, останется только поправка насчёт того, где содержали преступника).
Но если заглянуть в тот самый номер журнала «Былое», то там никаких протоколов не опубликовано, а среди осуждённых — лишь один житель Вологодчины! Кому же верить?

Попробуем разобраться. И начнём с главной фигуры — того самого узника, который подобрал-таки ключик к вологодскому конвою. На суде, кстати, его имя не фигурировало — во всех документах он проходил как «арестант № 5».

Для справки: почему «вологодский конвой шутить не любит»?

Считается, что эта фраза вошла в обиход после «Архипелага ГУЛАГ» Александра Солженицына, но это не так. Француз Жак Росси, который отбыл в ГУЛАГе более 20 лет, пишет о вологодском конвое в своём двухтомном «Справочнике по ГУЛАГу»: «Поговорка восходит к середине 20-х гг., когда заключённых возили на с.-в. России (Соловки), и от Вологды их сопровождал новый конвой (соловецкий), отличавшийся грубостью и легко применявший оружие». В то же время Варлам Шаламов (коренной вологжанин) относит начало «родословной» вологодского конвоя не к советскому периоду, а к дореволюционному: «Царское правительство вербовало из вологодских рекрутов самую надежную тюремную стражу, конвойные полки и часовых на тюремные башни». О вологодском конвое в своих произведениях упоминали Владимир Высоцкий, Иосиф Бродский, Михаил Танич.

Террорист из глубинки

Этим таинственным заключённым Алексеевского равелина был скромный учитель Ивановского приходского училища, он же — анархист и один из руководителей революционной организации «Народная расправа» Сергей Геннадьевич Нечаев (1847-1882).

В 1871 году 84 анархиста — почти весь состав организации — оказались на скамье подсудимых. Их обвинили в создании сообщества, ставившего своей целью ниспровержение существующего строя, заочном оскорблении императора и противоправительственной пропаганде. Самого Нечаева на процессе не было — перед началом арестов он успел выехать в Женеву, и его дело выделили в отдельное производство. Швейцария согласилась выдать Нечаева, но с условием, чтобы его судили не как политического, а как уголовного преступника — соучастника убийства.

В конце декабря 1872 года начался суд, который приговорил организатора «Народной расправы» к 20 годам каторги. Но на каторгу он так и не попал. На жандармское донесение о проведении процедуры гражданской казни Нечаева император наложил резолюцию: «Заключить его навсегда в крепость» — и жирно подчеркнул слово «навсегда». 28 января 1873 года за Нечаевым закрылись двери одиночной камеры Алексеевского равелина.

В истории Нечаев остался как автор так называемого «Катехизиса революционера», в котором прославлял терроризм как единственный способ борьбы с существующими порядками. «Революционер — человек обречённый; у него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни имени, — писал Нечаев в «Катехизисе». — Он отказался от мирской науки, предоставляя её будущим поколениям. Он знает… только науку разрушения». 

Всего лишь учитель по роду деятельности, он отличался крутым нравом: за неподчинение лично поучаст­вовал в убийстве одного студента, усомнившегося в необходимости терроризма.

«Как показывают современные исследования, это был глубоко аморальный, фанатичный человек, самозванец в народной среде», — поясняет исследователь Валерий Есипов.

Впрочем, охрана Алексеевского равелина не ведала, что имеет дело с обыкновенным фанатиком-уголовником, и полагала, что арестант № 5 — важная фигура в политической борьбе.

И Нечаев решил этим воспользоваться.

Чтобы представить, в каких условиях содержались заключённые Алексеевского равелина, можно заглянуть в музей, в который превращён ныне его ближайший сосед — Трубецкой бастион. На снимке — реконструированный тюремный коридор с восковыми охранниками. | Фото с сайта poznamka.ru

Ключик к каждому

Часовым по инструкции запрещалось говорить с арестованными, но Нечаев делал вид, что рассуждает вслух сам с собой, выставляя себя невинно осуждённым мучеником и между прочим вставляя реплики непосредственно к стражнику. И невозмутимая охрана «повелась» на эту его уловку.

«Начало разговоров, — читаем в актах следствия, — с государственным преступником камеры № 5 (Нечаевым) установить не представляется возможным, так как арестант, склоняя каждого вновь поступившего в равелин солдата, выражался, что с ним со времени его заключения говорят все и всегда. Но, соображаясь с ходом преступных действий, выясненных дознанием, можно почти безошибочно определить, что начало разговоров между арестантом и некоторыми нижними чинами относится к 1877 году».

По показаниям отданных под суд солдат (в том числе уроженцев Вологодчины Ивана Губкина, Якова Колодкина, Андрея Орехова), содержание продолжительных разговоров, которые вёл заключённый № 5 с часовыми, сводилось к следующему: «Они, т.е. нижние чины, тёмные люди, ничего не знают... Солдат и мужиков теперь обижают; но скоро настанет другое время». Сам же циник Нечаев в весточках на волю именовал распропагандированных им солдат «ротными ершами» и характеризовал так: «В бога они не верят, царя считают извергом и причиной всего зла, ожидают бунта, который истребит всё начальство и богачей и установит народное счастье всеобщего равенства и свободу».

Зашифрованные судьбы

Установив таким образом контакт с охраной, Нечаев пошёл дальше: с помощью поверивших ему конвойных он решил налаживать связь с внешним миром. При этом, будучи фанатиком конспирации, предпринимал все меры, чтобы его помощников не вычислили: записки писал шифром, а солдатам, как правило, давал двойные клички: одну — для использования внутри равелина, а другую — для контактов с внешним миром.

Так, молодой уроженец Вологодской губернии (кстати, в обширных списках помощников Нечаева, которые затем были осуждены, мы насчитали только 8 вологжан) Андрей Орехов «для своих» был известен под прозвищем Калёные Орехи, а для встреч на воле имел кодовое имя Пахом. Вот имена и клички других вологжан, «охмурённых» Нечаевым: Платон Вишняков (Добрый человек, Аннушка), Иван Губкин (Шапка), Яков Колодкин (Барыня, Староста), Адриан Дементьев (Пастушок, Аграфена), Влас Терентьев (Портной, Бабушка), Василий Попков (Купец), Григорий Петров (Мальчик, Горох).

О том, кто были эти люди, можно судить разве что по скупым строкам в приговорах. Вот, скажем, Василий Попков, судя по документам, «из крестьян Вологодской губернии, 27 лет, на службе с 1876 года, трижды подвергался дисциплинарным взысканиям; в 1881 году вышел в отставку; женат, имеет дочь».

...Первым «на связь» вышел Андрей Орехов, он же Пахом. Он доставил зашифрованную записку от Нечаева студенту Дубровину, у которого был, в свою очередь, выход на руководство революционной организации «Народная воля». Там весточка от Нечаева произвела эффект разорвавшейся бомбы и послужила началом переписки, где обсуждался в том числе план вызволения Нечаева из равелина.

Стоит отметить, что хотя царская охранка и перехватывала некоторые послания, разобрать в них ничего не могла — шифр читался как полная белиберда. Для примера приведем часть шифровки Нечаева, изъятой у террористки Софьи Перовской (стилистика и пунктуация оригинала сохранена): «Кобылин Егор Дьяков к обедне звонят Бобков Василий купец вот тебе на водку. Кузнецов Ефим Молоток. Молоток прощай Ануфриев. Василий Попадья Прасковья, попадья обедать села. Бызов и Кирил Пила курица яйца несет. Юшманев Григорий Орлов высоко орлы летают. Тихонов Ефим Павловский слесарь Старовер скоро выйдут Доронин и Никанор Лебедь Дарья деньги прислала кровельщик знает Питер он вероятно сменит портного, как Почтальон, а Портной познакомит с Петухом Горохом, Шапкой, Капустой Ярославцем...» Некоторые вообще посчитали всё это чьей-то глупой шуткой...

Трубецкой бастион. На снимке — одна из камер (снимок сделан в 1920-х годах). | Фото с сайта poznamka.ru 

Не все, конечно, солдаты были «развращены» Нечаевым в одинаковой мере. Когда следствию пришлось впоследствии разбираться, солдаты были разбиты по группам: в первую группу были отнесены «действовавшие сознательно, с убеждениями если не в правоте своих деяний, то вследствие полного сочувствия преступным советам арестанта № 5»; во вторую — «совершившие преступные деяния под влиянием бывших перед глазами примеров» (вследствие корысти и перспективы легкой наживы, по мнению следователей), в третью — «действовавшие под влиянием подговоров и 
угроз товарищей без мысли о корысти и последствиях».

Любопытно, что все вологжане угодили, по версии следствия, в первую и вторую группы.

«Главное, не оставляйте их без дела, в праздности: они непременно запьянствуют, — советовал народовольцам Нечаев, рекомендуя своих помощников. — Обременяйте их поручениями, поддерживайте в них сознание, что они приносят пользу великому делу. Платите исправно скромное жалованье, никак не более двадцати рублей, и делайте подарки за ловкость, но требуйте и исправность, и удачность. Тот, кто при­обретёт на них влияние, может вести их куда хочет; они будут хорошими помощниками в самых отважных предприятиях, и если вначале дело с ними пойдёт хорошо, то количество их может быть увеличено по мере надобности. К ним же надо присоединить и Пахома, который первый с вами познакомился...»

В тихом омуте

1 марта 1881 года в Петербурге в результате покушения народовольцев был убит император Александр II, и для организации «Народная воля» настали тяжёлые времена. Кстати, за день до убийства государя политическая полиция арестовала народовольца Желябова, при обыске у которого обнаружили зашифрованную записку Нечаева, но полицейские не идентифицировали её автора с узником равелина.

Арестовывая членов «Народной воли» и находя при них шифровки, царская охранка так и не смогла вычис­лить, откуда они получены. Но насторожилась.

В целях «профилактики» решили обновить руководство и секретного Алексеевского равелина.

Летом 1881 года арестовали вологжанина Ивана Губкина, служившего в равелине с 17 сентября 1879 года. Он был одним из деятельнейших помощников Нечаева и наряду с Ореховым (Пахомом) передавал шифровки народовольцам. Его заподозрили в сношениях с вольными людьми, но и тут следствие оборвалось безрезультатно: Губкин просто отпёрся от всего и никого не выдал.

К августу 1881 года в равелине осталось всего два узника — Нечаев и некто Мирский, которого арестант № 5 из-за отсутствия прочих «коллег по заключению» имел неосторожность познакомить с некоторыми из конвоиров, выполнявших его секретные поручения. Именно Мирский, как предполагают историки, и «заложил» тайную организацию Нечаева, проговорившись в очередном прошении о помиловании, что, дескать, арестант № 5 пользуется куда большей свободой, нежели он: и письма на волю шлёт, и газеты запрещённые читает (стоит отметить, что к тому времени революционные газеты конвой читал уже открыто в служебных помещениях).

А 16 ноября 1881 года комендант крепости получил ещё и анонимный сигнал (историки полагают, что от того же Мирского), что Нечаев готовит побег. Грянула проверка, в результате которой в декабре было рекомендовано полностью обновить караульную службу и взять под стражу 29 рядовых охраны. Коменданта же тюрьмы и его помощника вообще, не церемонясь, сослали в Архангельскую губернию.

За веру и Отечество

Первым ещё в ноябре вновь арестовали Губкина, который ничего не рассказал о плане побега (а может, просто не знал деталей — Нечаев был ещё тот конспиратор и не всех посвящал в общую картину). Однако следствие это не смутило. 29 декабря начались повальные аресты. Всего были задержаны 42 человека, в том числе вологжане Яков Колодкин, Платон Вишняков, Адриан Дементьев. Более того, начали разыскивать и хватать всех, кто служил в равелине с 1879 года и теперь вышел в запас. Так, прямо из родных мест под конвоем доставили вологжан-отставников Андрея Орехова, Василия Попкова и Власа Терентьева.

Всего по уголовному делу «о беспорядках в Алексеевском равелине» были привлечены порядка 70 человек, в том числе 35 солдат.

Первый суд состоялся в конце мая 1882 года. Из обвинённых вологжан там фигурировал лишь Василий Попков, который получил три года дисциплинарного батальона и в июне вместе с другими осуждёнными был этапирован в Воронеж.

Второй суд проходил в декабре 1882 года. Для вологжан он закончился ссылкой в Сибирь, причём для Якова Колодкина — «в места отдалённейшие», а для Орехова, Дементьева, Петрова и Вишнякова — «в места не столь отдалённые» (какие именно — в приговоре не сказано).

«Арестант № 5» Сергей Нечаев умер в своей камере от водянки ещё до второго судилища. А вскоре власти избавились и от самой тюрьмы, «пропитавшейся» духом нечаевщины.

О дальнейших судьбах вологодского конвоя, запятнавшего себя связями с Нечаевым, ничего не известно.

...Так 8 вологжан, по доброте душевной поддавшись на уговоры хитроумного шарлатана, оказались втянуты в громкий политический скандал. Но разве можно обвинять их в том, что они мечтали о лучшей жизни и пытались её приблизить?.. И пусть наших земляков обманули, но главное, что чести своей они не посрамили — на следствии никого не выдали.

Вологодский конвой шутить не любит. И если в омут, то с головой.

 

287
0
Похожие статьи
  • Ранним утром 16 августа 1929 года над Вологдой появился невиданный летательный аппарат — огромный немецкий дирижабль «Граф Цеппелин». По официальной версии, он направлялся в кругосветное путешествие, но зачем пролетел над Вологодчиной на самом деле?

     

    359
    0
  • 31 октября' 19 | След в истории

    Осенью 1944 года в лесу близ Вожеги, ориентируясь на зажжённые костры, приземлились три немецких парашютиста, засланные на Вологодчину с особым заданием. Но их поджидал сюрприз...

    1077
    0
  • 24 августа' 18 | Как это было

    Если бы в 1918 году Вологда восстала одновременно с Ярославлем, российская история могла бы пойти совершенно по другому сценарию.

    384
    0
  • 06 марта' 19 | Культура

    В феврале исполнилось 65 лет с открытия в Вологодской области картинной галереи.

    157
    0
  • 22 ноября' 17 | Как это было

    На реконструкцию площади Революции будет потрачена часть средств, выделенных областному центру в рамках проекта «Единой России» «Городская среда».

    610
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.