Подводная история

№48 (1098) от 4 декабря 2018 г.

В Интернете появился виртуальный «Музей незатопленных историй Белого озера».

Музей расположен по адресу krokhino.azmor.ru и является частью проекта «История и наследие водных путей Белозерья», который реализует благотворительный фонд «Центр возрождения культурного наследия «Крохино».

«Сайт уже функционирует, — сообщила «Премьеру» представитель фонда «Крохино» Любовь Белянская. — Объем размещенных на нем данных еще не очень велик, но будет постоянно пополняться. Впереди предстоит еще много работы по изучению и заполнению коллекции музея этнографическими и биографическими данными, сбору воспоминаний».

Фонд был создан в 2010 году с целью сохранить церковь Рождества Христова, которая расположена в 17 кило­метрах к востоку от Белозерска на левом берегу Шексны — там, где она вытекает из Белого озера. Село Крохино, где ее построили, было затоплено в 1961 году при наполнении Шекснинского водо­хранилища, однако церковь находилась на возвышенности, и поэтому вода обошла ее стороной.

Восстанавливать храм несколько лет назад приехали добровольцы со всех уголков России. «Разбирая осыпавшиеся кирпичи и мусор на небольшом храмовом острове, общаясь с местными жителями и собирая их воспоминания, волонтеры всё глубже и глубже погружались в историю места, — пояснили в фонде «Крохино». — Так зародилась идея создания музея несуществующего ныне мира — музея незатопленных историй».

Послевоенное детство

Музей посвящен белозерам, живших на землях, которые позднее были расселены и затоплены. Например, таким, как Тамара Михайловна Комина, родившаяся 5 декабря 1936 года. Согласно музейным данным, вместе с родителями, двумя братьями и сестрой она жила в деревне Зуево Тушевского сельсовета. Когда началась Великая Отечественная война, ее отец ушел на фронт, а в 1942 году погиб на Ленинградском фронте. Затем умер младший брат Тамары, а чуть позже — мама. 

В 1944 году девочку отвезли в детский дом в Белозерске, а ее брат и сестра попали в детский дом в Крохино. Там было холодно и голодно, а дети спали на нарах и часто болели. 
Именно поэтому, выбирая себе сферу профессиональной деятельности, Тамара Михайловна остановилась на здравоохранении: работала медицинской сестрой, а затем детским врачом. По ее словам, связано это именно с воспоминаниями о голодном сиротстве и детдомовском детстве.

Экспонат виртуального музея: фото родителей мужа  Тамары Михайловны Коминой — Василия Александровича и Анны Васильевны, середина XX века. | Фото с сайта  krokhino.azmor.ru

Рыба и хлеб

Галина Сергеевна Морозова, как рассказывает виртуальный музей, родилась в 1940 году в поселке Каргулино. Ее родители работали в колхозе. 
С началом войны глава семейства, Сергей Андреевич Березин, ушел на фронт, а вернулся весь израненный, с одним глазом и без зубов; был весь в осколках: они застряли в руках, ногах и просвечивали сквозь кожу.

Когда в 1955 году жителей Каргулина стали переселять из потенциальной зоны затопления, семья Березиных переселилась самая первая. Произошло это 25 марта 1953 года. Деревянный дом разобрали на бревна и увезли на новое место жительства — в деревню Росляково Белозерского района — на двух тракторах С-100. Чтобы отстроиться заново, родители взяли ссуду. 
Однако полностью собрать дом отец не успел — в 1955 году он скончался от ран. Его жена, Зоя Владимировна, Галя, которой тогда было всего 
14 лет, три ее сестры и бабушка со стороны отца, Анна Арсентьевна, остались жить в полусобранном доме — без кормильца и посторонней помощи. 

Часто приходилось не жить, а выживать.

«Мы с бабушкой вдвоем на рыбалку ходили, — рассказала добровольцам, собиравшим ее биографические сведения для музея, Галина Сергеевна. — Я гребу, а бабушка перемет опускает в воду. А утром, только солнышко встало, она подходит ко мне и говорит: «Галенька, вставай, матушка, надо переметы отрывать, за рыбкой поедем».

После рыбалки девочка шла учиться в школу, которая располагалась в соседней деревне в старом клубе. Во время классных занятий ученики сидели там прямо на сцене.

 

Галина Морозова. | Фото с сайта  krokhino.azmor.ru

Лучше, чем Москва

Вера Алексеевна Мокшанова тоже родилась в Каргулине, в 1939 году. Согласно ее рассказу, размещенному на сайте виртуального музея, ее мать Анна Михайловна рано осиротела и поэтому с детства была вынуждена жить «в людях», трудясь у соседей: нянчила их детей, выполняла разные хозяйственные работы. Когда Анне исполнилось шестнадцать, она вышла замуж и переехала с мужем в Крохино.

Когда началась подготовка к затоплению (а началась она еще до войны), власть предложила молодым перевезти дом в Каргулино, где и родилась их первая дочь Вера. В Великую Отечественную отец девочки, Алексей Капустин, пропал без вести на фронте. Но семья об этом не знала — информация до нее не дошла — и преданно ждала его возвращения домой на протяжении всех военных лет. Тяжелое известие пришло в дом только в 1947 году.

Когда окрестные территории все-таки начали затапливать, Вера со своей матерью и сестрой Аней переехала снова — на сей раз уже в Белозерск. 
Уезжали самые последние, а дом перевозили «по бревнышкам». 

Детство ее, вспоминает женщина, было голодным, но счастливым: «Мы на корягу заберемся подальше от земли и ловим ершей, — гласят ее воспоминания, размещенные на страницах виртуального музея. — Картошку пекли. В школе хлеба давали. Только я не ела, несла домой сестру покормить».

Окончив школу, Вера Капустина уехала было в столицу, однако вскоре вернулась в родные края. Москва ей не понравилась — на родине всё казалось гораздо лучше. Так и осталась здесь жить.

 

Юная Вера Мокшанова на фоне Крохина. | Фото с сайта  krokhino.azmor.ru

Большая ценность

На состоявшейся в Белозерске встрече, посвященной открытию музея, Любовь Белянская рассказала о том, как родилась идея создания виртуального музея.

По ее словам, в процессе восстановления храма Рождества Христова добровольцы активно общались с местным населением и, знакомясь с судьбами людей, пришли к выводу, что проект «История и наследие водных путей Белозерья» обладает гораздо более высоким потенциалом, чем предполагалось. Собранная информация, решили они, обладает большой исторической ценностью и достойна того, чтобы быть собранной в музее.

«Волонтеры не только со всей России, но и всего мира приняли участие в проекте, — говорит Любовь Белянская. — И мы очень ждем в нашей команде юных жителей Белозерска — города, ставшего пристанью для переселенцев в самые трудные годы их жизни».

Привязка к району: 
321
0
Еще статьи этого автора
Похожие статьи
  • 06 февраля' 19 | Культура

    Почему жители одной деревни, как правило, дальние родственники друг другу? Имеет ли население восточных районов Вологодчины польские корни? Кто из вологжан является потомком обрусевших калмыков? На вопросы «Премьера» отвечает заместитель директора Государственного архива области по научной работе Илья Кузнецов.

    853
    0
  • 31 октября' 19 | След в истории

    Осенью 1944 года в лесу близ Вожеги, ориентируясь на зажжённые костры, приземлились три немецких парашютиста, засланные на Вологодчину с особым заданием. Но их поджидал сюрприз...

    1382
    0
  • 14 августа' 19 | След в истории

    В биографии нашего выдающегося земляка Валерия Гаврилина немало трагического, без чего, впрочем, невозможен был бы его творческий взлёт.

    324
    0
  • 24 апреля' 19 | След в истории

    Романтизированный «Юноной» и «Авось» Николай Резанов на самом деле был расчётливым прагматиком, даже после смерти сумевшим втянуть в опаснейшее предприятие тотемского искателя приключений Ивана Кускова.

    171
    0
  • 15 января' 19 | Страна и мы

    К легенде, лёгшей в основу первой громкой кинопремьеры наступившего года — военной драмы «Т-34», имел самое непосредственное отношение поэт Сергей Орлов, чьим именем названа одна из центральных улиц Вологды. А расследовал реальный побег заключённых на танке другой наш земляк — Павел Павловцев из-под Череповца.

    381
    0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.