Последний приют

№19 (710) от 10 мая 2011 г.

90-летняя медсестра Нина Котова, которая попала на работу в Горицкий дом инвалидов сразу после войны, прекрасно помнит те дни. | Фото Марии Жаренковой

После Великой Отечественной Вологодчина стала местом, куда отправляли одиноких и беспомощных инвалидов войны со всей страны.

«Через малое время после кончины усатого вождя началось массовое изгнание военно-инвалидных калек с наших островов, — рассказывает ленинградский писатель и художник Эдуард Кочергин в своей книге «Ангелова кукла». — Одним из первых наш Василий Петроградский был устроен в особый дом инвалидов для полных обрубков в бывшем женском Вознесенском монастыре в Горицах, что на реке Шексне на Вологодчине… Со всего Северо-Запада свезены были полные обрубки войны, то есть люди, лишенные абсолютно рук и ног, называемые в народе «самоварами».

В нашем регионе было два поселка — Горицы в Кирилловском районе и Андога в Кадниковском районе, — где находились дома ветеранов ВОВ, ставших инвалидами.


Кто женился, кто умер с голоду

«Инвалиды войны стали поступать еще до меня. У них были награды — у кого орден Славы, у кого — «Красная звезда», — вспоминает 90-летняя медсестра Нина Котова, которая попала на работу в Горицкий дом инвалидов сразу после войны. — Были и без рук, без ног. Безногие-то были вообще колясочники, привяжутся и катаются. Были с Вологды, с Украины, наверно, с Москвы и Ленинграда. У них ни родственников, никого не было, и им давали путевки в дом-интернат. Для них здесь была сапожная, гармонная, посылали на курсы в Кинешму, там было заведение, где инвалидов войны обучали. Им это во благо было, питание хорошее, никогда не жаловались. Ребята молодые, с девками гуляли, поженились некоторые. И безногие некоторые поженились».

При доме инвалидов было свое подсобное хозяйство, и все, кто мог, там работали. Но хозяйство спасало не всегда.

«47-й год был самый голодный, — рассказывает Нина Котова. — Они умирали с голоду, по 6-8 человек в день. Их складывали возле школы, детишки все видели, как их иногда на двух лошадях подвозят, столько накопится».


Закрытые имена

«Полгода продолжалась моя переписка с Департаментом труда и социального развития Вологодской области, где хранятся списки с именами тех, кто погиб в Горицком доме инвалидов, и с Вологодским государственным архивом, — рассказывает московский историк-генеалог Виталий Семенов, который решил заняться восстановлением исторической справедливости. — В декабре 2010 года был получен окончательный ответ: на основании Федерального закона «О персональных данных» выдать имена и фамилии нельзя. Это нарушает их права? Называть имена нельзя, а позволить им лежать закопанным, как преступникам, в лесу, значит, можно? Речь идёт только о списке имён, по идее, тогда составление Книг памяти тоже противоречит закону».

Но даже те сведения, которые Семенову удалось добыть из официальных источников, расходятся с теми, которые есть в самих Горицах. Заведующая Горицкой библиотекой Альбина Косарева хранит школьную исследовательскую работу 2003 года Владилена Погодина «История Горицкого дома инвалидов», составленную по воспоминаниям работников и инвалидов Великой Отечественной войны и написанную им под руководством его мамы, учителя истории. Школьник пишет, что он, кроме воспоминаний односельчан, использовал данные отдела письменных источников Кирилло-Белозерского музея, и что «в архиве администрации Кирилловского района документов о Горицком индоме не имеется».

В работе указывается и численность инвалидов. В 1945 году здесь находилось 995 человек, и на 1948 год, когда всех оставшихся инвалидов войны перевезли в Андогский дом-интернат Кадуйского района, их насчитывалось 747 человек. Однако, согласно данным Вологодского государственного архива, присланным на запрос историка Семенова, их было в разы меньше, и в отчете начальника сектора домов инвалидов Вологодского областного отдела социального обеспечения от 21 декабря 1945 года говорится всего о… 71 инвалиде войны на тот период.

В Интернете создано немало сайтов, где пользователи рассказывают подробности страшных событий. Вот что пишет один из них на форуме «Куда подевались советские инвалиды войны?»: «В начале 1950-х гг. последними пристанищами тысяч увечных воинов стали Валаам, Горицкий монастырь в Вологодской области и Белогорский — в Пермской. Ссылая бывших солдат подальше от человеческих глаз, власти не просто стремились ликвидировать нищенство и попрошайничество инвалидов. Они вычеркивали из жизни людей, чей облик напоминал окружающим о том, какой страшной ценой досталась стране победа»…


Где тот погост?

На сегодняшний день сказать точно, где захоронены эти люди, тоже нельзя. Согласно ответу на запрос Виталия Семенова от исполнявшей на тот момент обязанности начальника Департамента труда и социального развития Л.Каманиной, «захоронение производилось не на старом монастырском кладбище, а на Горицком сельском кладбище, которое до настоящего времени является действующим».

«Сначала их хоронили на горку на общем кладбище. Их было очень много. Потом хоронили, и не было даже кладбища. Непонятно, какие из них могилы инвалидов. Потом им отвели место на «бычке» под Маурой. Заросло все сейчас, ничего не найти», — рассказывает очевидица послевоенных лет Нина Котова.

По словам жителей Гориц, на окраине села, в лесу, есть старое кладбище, но там сейчас все заросло, и ни одной могилы не найти. Кроме того, в 1960 году, когда расширяли водный канал, часть села была затоплена. Дома переносили, а монастырское кладбище, которое находилось ближе к берегу, залило водой. Поэтому никто теперь точно не скажет, где эти безвестные герои войны обрели в вологодской земле последний приют.

Мария Жаренкова

220
0

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.